Архонт росский

— Шед? Родич вашего хакана? Двоюродный брат?

— Он самый, — подтвердил Машег.

Что ж, история перестает быть забавной.

— И что же сын такого человека делает здесь, в Киеве?

— Сын сыну рознь, — пояснил Машег. — Этот не наследный. Не помню, какой по счету, но точно в первом десятке. А в Киеве он по поручению отца. Не всем нравится, что Ноам стал тарханом.

— То есть просто убить его нельзя? — уточнил Сергей.

Машег сделал знак, чтобы челядинка подлила ему вина, но кувшин опустел.

— Сейчас! — среагировала Искора.

Сама, конечно, за добавкой не побежала. Распорядилась.

Сергей тоже уселся за стол.

— Так можно или нельзя?

— Убить любого можно, — философски заметил Машег. — Но этого нежелательно. И уже непросто. Алп-Барик узнал, кто ты. И теперь больше один по городу ходить не станет. Только с подобающей свитой. И половина из них — люди Ноама."

"Принесли вино. Машег попробовал:

— О, хорошее!

Сергей с ним согласился. Искора расстаралась.

— Похищением тоже Ноам занимается?

— Не сам. Дал людей, хотя у Барика и свои имеются.

— Настолько умелых, чтобы мне стоило опасаться за Искору?

— И за Искору, и за себя. Это утка? — он потянулся к доске с нарезкой.

— Не знаю. Может, и гусь.

— Главное — не свинья, — Машег ухватил полоску вяленого мяса, продегустировал, кивнул одобрительно.

— За себя? — уточнил Сергей.

— Ну так это самое простое, — невнятно пробормотал жующий Машег. — О вдове договориться проще, чем о жене. Что тогда скажешь, Искора?

— Скажу, что соглашусь.

— Даже и не сомневался в тебе! — одобрительно произнес хузарин. — Но это тоже нежелательно. Если твоего мужа убьют, я о тебе сам позабочусь. Как о жене брата. Или мне тоже бубенцы отрежешь?

— Тебе — нет, — Искора уселась за стол и обозначила холопке кистью: «Мне тоже налить».

Так-то жене вот так за стол и употреблять с мужчинами не положено. Но Искора не просто жена. Она еще и воин, о чем лично обучавшие ее Сергей с Машегом прекрасно осведомлены.

— Эй, я пока жив! — напомнил Сергей. — И мне не нравится, что ты, братик, уже занимаешься моим наследством!

— Так я не только твоим наследством занимаюсь! — похвастался Машег. — Твоим убийством занимаюсь тоже я!

И бросил на стол сочно звякнувший кошель.

— Половина, — сообщил хузарин. — Твоя доля. По-братски.

— Это чье? — уточнил Сергей.

К кошелю он не притронулся.