Английский чай

Чувствуя невероятное облегчение, она свернулась калачиком у него на груди, благодарная за его силу и теплоту.

Постепенно дыхание Евы стало ровным. Дрожь прошла. Ева погрузилась в тишину, слыша только биение его сердца у себя под ухом. Сон окутал ее возбужденный мозг. Она забыла обо всем, кроме волнующего присутствия Рафаэля.

Он осторожно уложил ее на подушки. Ева, знала, что под тонкой майкой напряглись, требуя внимания, ее соски. Но Рафаэль укрыл ее одеялом и встал.

Сквозь прикрытые веки Ева наблюдала, как он размял напряженные плечи, поднял ее ноутбук и исписанные листы с материалами для статьи.

— Спасибо, — тихо прошептала Ева. Рафаэль покачал головой. Он потушил свет и вышел.

* * *Солнце уже высоко поднялось, когда Ева спустилась в холл. Ей было отчего-то стыдно. Девушка стеснялась снова увидеть Рафаэля.

Дважды за вечер она выставила себя полной дурой. Это было слишком даже для Евы Миддлмисс. И в обоих случаях Рафаэль повел себя тактично и великодушно.

Будь он проклят!

Ева проснулась пораньше и попробовала заняться статьей, но что она ни делала, слова не шли. И Сиенна, и прошедшая модная ретроспектива показались вдруг очень далекими. Они словно стали частью совершенно другой жизни. Той, которую Ева знала и где вполне отдавала отчет в своих действиях. Но теперь ее сердце сказало, что больше не нуждается в услугах разума. Что еще раз доказал вчерашний разговор с Лу.

Ева не могла винить подругу в том, что та волновалась.

Девушка нашла Фиору в холле. Домоправительница смахивала пыль с многочисленных фотографий в рамках. В воздухе танцевали золотые пылинки.

— Здравствуйте, синьорина. Хорошо спали?

Ева уже собиралась сказать, что у нее была кошмарная ночь, но сдержалась. Глядя в лицо пожилой домоправительницы, девушка поняла: та лишь сделает неправильные выводы…

Если бы!

— Замечательно.

— Да, синьорина. Синьор ди Лазаро, он тоже всегда так говорит. Это единственное место, где он спокойно спит.

— Рафаэль?

— Нет, синьор Антонио. — Фиора вздохнула. — Он так устал… Теперь мы все поняли, почему…

В глазах женщины блеснули слезы. Закусив губу, она продолжила смахивать пыль с рамок.

— Не расстраивайтесь, Фиора.