Английский чай

Еве нужно было что-то сделать, чтобы не видеть глаз Рафаэля. Когда она следом за Фиорой относила посуду в кухню, ее мозг бешено работал. Она же сама все спланировала! Тогда откуда это чувство, будто ее только что переехал поезд?

И почему так хочется снова лечь на рельсы?

Женщины ушли, а Рафаэль тяжело вздохнул и опустил голову в ладони.

Ему, наверное, надо пойти и помочь. Вот только сначала дождется, пока его возбужденная плоть остынет.

Подняв свой бокал, он залпом осушил его и откинулся на спинку стула.

Появление Фиоры было чистой случайностью. Но именно это помогло Рафаэлю. Он хотел прервать тот поцелуй, найти правильные слова, чтобы сказать Еве: то, что происходит между ними, невозможно…

Было трудно признаться, но на несколько секунд он полностью потерял контроль над собой. Что за черт в него вселился? Никогда раньше он ни с кем не говорил о таких вещах. И почему он, как слюнявый подросток, выложил этой девушке факты из своего детства?

Отцовский дом хранит слишком много воспоминаний.

Слишком много несчастливых дней и отчаяния. В этом все дело.

И все же ни одна женщина, бывавшая здесь раньше, не видела боли, застывшей в уголках этих прекрасных комнат, не ощущала запаха одиночества, который витал над дорогим антиквариатом. Ни одна из умных, амбициозных и красивых женщин и не подозревала, что эта вилла для Рафаэля была чем угодно, только не семейным домом. Каталина, девушка, на которой он едва не женился, тоже ничего не чувствовала…

А Ева будто знала…

Но не нужно путать ее умение слушать с чем-то еще.

Ради бога! Она же журналистка. Использовать «женские штучки», чтобы выудить информацию? Наверняка ее учили этому в колледже. Без сомнения.

Может, она не так проста, как кажется? Может, эта блондиночка с соблазнительными глазами имеет свои планы? Может, и этот поцелуй был спланирован специально? И в нем нет никакой любви…

Рафаэль простонал от отвращения к самому себе. Конечно, это была игра. Любовь? Почему он вообще подумал об этом? Это слово он давно вычеркнул из своего словаря.

В то самое время, когда Каталина обвинила его в неготовности любить.

Рафаэль не стал спорить с ней. Она была права. Он никогда не любил ее по-настоящему. Хотел? Да. Наслаждался ее телом. Их отношения держались только на сексе. Каталина так и не стала для Рафаэля любимой женщиной.

Он поморщился, когда нож воспоминаний всковырнул былую рану. Ему вдруг пришло в голову, что Каталина страдала, пока не сбежала с Люкой.