Аккорды кукол

- Поднявшись, Магомет пнул мертвого земляка.

- Еще захочу ли отпустить тебя я, - сказал Гера. - Мне нужны деньги.

- Не надо, - вмешалась Галя. - Зачем? Уйдем так.

- Замолчи! - одернул её Гера. - Где ключи от сейфа?

- Тут. - Магомет вынул из кармана связку ключей и протянул Гере.

- Брось на пол, отойди к стене, - приказал тот. - Галя, закрой дверь в камеру.

Они послушно выполнили его требования. Гера подобрал ключи и усмехнулся.

- И что дальше? - спросил Магомет, прищурившись.

- Сядь. Теперь ложись на спину.

Возьми шкуру.

Магомет повиновался. Гера подобрал ещё одну овечью шкуру и швырнул её кавказцу.

- Набрось на голову. Закутайся.

Теперь хозяин магазина ничего не видел. Галя подошла ближе. Гера переложил пистолет в левую руку и вытащил десантный нож. Магомет лежал прямо перед ним, его голова и торс были завернуты в овечьи шкуры. Он не шевелился, ожидая.

- Ты никогда не видела, как режут баранов? - шепнул Гера. - Я тоже, но когда-то надо научиться...

Он зашел сбоку, нагнулся и резко вонзил нож туда, где белела полоска шеи.

Наверное, он попал в артерию, поскольку кровь сразу же брызнула фонтаном, забрызгав лицо и грудь. Гера продолжал молча наносить удары, и, лишь когда Галя стала оттаскивать его за плечи, остановился, с занесенной рукой, сжимавшей нож.

2

- Почему ты не убила меня? - спросил Колычев, когда Карина отошла от него, развязав руки. - Напрасно. Я разрушил твою семью и сделал это намеренно. Уничтожил твой привычный мир и заменил его новым. Мне нравилось лепить совершенно другого человека, как из куска глины, и у меня получилось.

В жизни, а не на страницах. Листки бумаги - ничто, важнее то, что материализуется из твоих мыслей.

Карина слушала его, стоя вполоборота, глядя в окно и не перебивая. Она видела, как подъехали ""Жигули"" и оттуда вышли двое - мужчина и женщина.

- В жизни все происходит не так, как в сценарии, - продолжал Колычев, мельком взглянув на тело Якова, его посиневшее лицо с выпученными глазами и страшно распухшим языком. - Селена в фильме становится жрицей любви и смерти.

И убивает своего создателя. Так бывает всегда. Все куклы, фантомы, идолы уничтожают своих творцов и тех, кто им поклоняется. Как гаитянские зомби, выходящие из повиновения. Ты убила другого, хотя он не заслужил такого наказания. С моей помощью ты лишила жизни беднягу режиссера, который никогда не был настоящим кукольником. Все они - искусственные создания, надутые ветром сегодняшнего времени. Но не они избранные...