Только не плачь

Добровольно буду сидеть с этой тюрьме и не посмею даже шага сделать в сторону выхода, хотя дверь открыта.

Возле лифта мы с ним оказались вдвоем. Кабинка до нас уехала под завязку набитая сотрудниками, а сейчас рядом не было ни души. Кирилл раздраженно цокнул языком, наблюдая за тем, как огонек указывающий этаж, плавно ползет вниз. Я стояла рядом, переминаясь с ноги на ногу, и молчала.

Когда двери распахнулись, мы зашли внутрь. Кир сам нажал на нужные кнопки, а я только порадовалась, что нам на разные этажи. Чем больше расстояние, отделяющее нас друг от друга, тем лучше.

"…Движение съезжающихся дверей остановила крепкая мужская ладонь. Словно заколдованная, я наблюдала за тем, как они начали обратное движение и распахнулись, являя нам человека в строгом костюме цвета темной стали.

Артур.

Один взгляд и в животе все оборвалось. Ревность, смешанная со стыдом. Страх, пронизанный робкой надеждой. Впрочем, про надежду — это я зря.

Холодный взгляд лишь равнодушно скользнул по мне, ничем не выдавая интереса.

— С добрым утром! — Кирилл, наоборот, расправил перья, как павлин.

— Здравствуй.

Не здравствуйте, а именно здравствуй. Будто меня действительно здесь нет.

Боль медленно сковывала мое тело, мешая дышать. Я опустила взгляд, чувствуя, как щеки заливает горячий, болезненный румянец — щеки горели от обиды, а внутри все покрывалось инеем. Хотелось отодвинуться, но Кир по-прежнему держал меня за руку, сжимая крепко и требовательно, вынуждая стоять рядом, как на привязи.

— Как выходные прошли? — поинтересовался мой муж у моего любимого мужчины.

— Выходные? — Артур нервно дернул плечом, — не до них было.

— Что-то случилось?

Надо же, сколько заботы в ненавистном голосе.

— Какие-то придурки забрались на стоянку и сожгли мою машину.

— Да, ладно! — воскликнул Кирилл, — новый крузак?! Сожгли?!

— Угу, — мрачно согласился старший брат.

— Нашли козлов?

— Да куда там! Это хулиганье как сквозь землю провалилось.

— А камеры? У вас же там на каждом столбе их понатыкано!

— А что камеры? Показали трех придурков в темной одежде. На головах — капюшоны, на лицах — маски. Ищи-свищи, теперь, — Артур безнадежно махнул рукой, — я, конечно, ментов озадачил, но…

— Это же надо, какие уроды, — Кирилл сокрушенно покачал головой, — машину новую жалко.

— Жалко, — не стал отрицать Артур, а меня прострелило. От макушки и до самых пяток.