Жребий Салема

Поужинав хлопьями с молоком, он устраивается у телевизора и вдруг чувствует в груди слева нестерпимую резкую боль, которая отдает в руку. Он спрашивает себя: «Что это? Неужели сердце?» – и оказывается прав. Джо встает и делает несколько шагов к телефону, но боль становится такой острой, что он теряет сознание и падает. А маленький цветной телевизор продолжает жить своей жизнью и показывать обычные передачи. Джо найдут только через сутки, и его кончина в 18:51 6 октября будет единственной естественной смертью, наступившей в Джерусалемс-Лоте в этот день.

К семи часам палитра ярких красок на небе сужается до оранжевой полоски на западе, которая кажется последним отсветом языков пламени, пляшущих за горизонтом. На востоке уже показались звезды, но в это время года их мерцание не радует глаз влюбленных и походит на холодный блеск алмазов, безразличных ко всему окружающему.

Наступает пора укладывать маленьких детей спать. Родители с улыбкой слушают, как те капризничают и просят не выключать свет и позволить им не спать чуть подольше.

А в это время вокруг них расправляют крылья темные силы мглы.

Наступает время вампиров.

17Когда в палату вошли Джимми и Бен, дремавший Мэтт моментально очнулся и крепко сжал крестик в правой руке.

Его взгляд, скользнув по Джимми, остановился на Бене.

– Что случилось?

Джимми коротко обо всем рассказал. Бен хранил молчание.

– А ее тело?

– Мы с Каллахэном положили его в ящик, который был в подвале.

– Все правильно! А где Каллахэн? И мальчик?

– Отправились домой к Марку. Его родителям нужно все рассказать. Барлоу грозился начать с них.

– А они поверят?

– Если не поверят, Марк заставит отца позвонить вам.

Мэтт кивнул. Он выглядел очень усталым.

– Бен, – позвал он, – подойдите сюда и присядьте на кровать.

Бен послушно подошел, сел на край кровати и застыл, сложив руки на коленях. Взгляд его потухших глаз был пустым и отсутствующим.

– Вы чувствуете боль, – произнес Мэтт и взял Бена за руку. Тот не сопротивлялся. – Но это пройдет. Время залечит раны. Сейчас она покоится с миром.

– Он держит нас за болванов, – глухо произнес Бен. – И насмехался над каждым в отдельности. Джимми, дайте ему письмо.