Запрет на любовь

— Побрякушки снимай, — наклоняется ближе, задерживая пристальный взгляд на серёжках, цепочке и кольцах.

Морщусь.

Как же неприятно от него пахнет!

— Убери от меня свои руки! Ничего не дам! — заявляю категорично.

Он, ухмыляясь, лезет левой рукой в карман.

Не знаю, что там. И что со мной было бы, если бы вдруг не распахнулась, бахнув о стену дверь.

Дальше события развиваются очень стремительно и абсолютно для меня неожиданно.

В помещение заскакивают четверо. Слепят фонариками.

— Отошёл от неё!

С этими словами на бомжа набрасывается невесть откуда взявшийся Абрамов.

— Пошли, — Горький тянет меня за руку и вытаскивает наружу.

— Цела? — Александр Георгиевич визуально оценивает моё состояние.

— Да.

— К Мозгалину, — командует коротко и, протиснувшись мимо нас, спешит к ребятам.

Бежим с Пашей по гальке.

Петя радостно машет мне рукой издалека.

Остановившись возле него минутой спустя, согнувшись пополам, пытаюсь привести дыхание в норму.

— Петя побежал. Петя встретил друзей.

— Молодец. Как вы нас нашли? — это уже Горькому адресую.

— Всё кусты и деревья вокруг лагеря обшарили. Его не нашли. Ещё и выяснилось, что ты пропала. Марсель предположил, что в одиночку пошла сюда, — рассказывает он мне.

Обеспокоенно смотрю в сторону маяка. К счастью, парни появляются на пляже уже очень скоро.

— Спятила, Джугели? — с ходу наезжает на меня Кучерявый. — Вообще не соображаешь, чё делаешь?

— Тата меня нашла, — произносит Мозгалин в мою защиту.

— Лучше тебе сейчас заткнуться! — предупреждает его Марсель.

— Сел.

— Почему никому не сказала, что пошла сюда? Бессмертной себя возомнила? Мозг время от времени включать не пробовала?

— Не кричи на меня!

— Это, — показывает перед носом мой баллончик, — вообще не гарантия развития благополучного исхода. Убедилась?

— Хватит читать мне нотации, — начинаю раздражаться.

— Слышь, бесстрашная, — делает шаг ближе ко мне, — у него был нож в кармане. Ты в курсе?

Молчу, поджимая губы.

— Дура, — припечатывает, подытоживая.

— Тата — молодец. Петя — тоже молодец. Пете понравилось.

Абрамов, скрипя зубами, поворачивается к нему. Ещё немного и не выдержит. Втащит.

— Давайте ещё раз играть. Ве-се-ло.

О Господи, молчи!

— Тебе весело? — напирает на него грудаком.

— Эй, прекрати, он же не понимает, — заслоняю Мозгалина собой.

— Весело тебе, чокнутый? — орёт на Петю через плечо. — Весь лагерь на уши поднял!

— Все играли.