Запрет на любовь

"

"— Он татуху себе набил, тёть Даш, — сливает его Дэн. — Шац в шоке.

— Да ты что? Где? — она удивлённо округляет глаза.

— На спине.

— Покажешь?

— Ещё чего не хватало. Не надо портить нам аппетит, — вмешивается в их диалог глава семьи.

— Тебе кололи рисунок на коже иголкой? — спрашивает София.

— Да.

— Фу, — кривится она.

— Ешьте уже молча.

— Ян, ну куда мне столько? Я не хочу! — протестует мама, когда батя накладывает ей в тарелку гору котлет.

— Ешь. Таблетки выпила?

— Контроллёр, — закатывает глаза и забирает со столешницы блистер.

— Как вы себя чувствуете?

— Нормально.

— Выглядите отлично.

— Спасибо.

— Такая вся красивая. Цветущая.

— Слышь, ценитель женской красоты, притормози с комплиментами, — батя посылает в сторону Ромасенко взгляд «заткнись или отгребёшь».

— Мальчики, разбирайте овощи. Это вкусно и полезно.

— У нас будет второй Марсель, — объявляет присутствующим София.

— Милая, ещё неизвестно.

— Как назовёте? Ну, типа, у вас же есть своя собственная традиция, — на лице Макса дебильная лыба.

— Много будешь знать — состаришься.

— Ян Игоревич, ну интересно же.

— Жуй молча, Ромасенко.

— Угу.

— На самом деле, мы решили так: если родится мальчик, то Пётр, — рассказывает мама. — Насчёт имени для девочки — пока думаем. Это сложнее. Нева мне нравится, но сочетание с отчеством не очень.

— Локация — Питер, — догадывается Макс. — Понятно.

— Да, наш любимый город. Когда-то Ян Игоревич окончательно покорил моё сердце именно там.

— Что он сделал?

Любопытные, блин.

— Спас ребёнка. Вытащил его из квартиры, в которой был пожар.

— Дарин, завязывай.

Ошалело глазею на своего отца.

— Мне так страшно было. Ян спускался с этим мальчиком по фасаду здания. Зима. Мороз. Огонь. Толпа людей. До сих пор по телу мурашки…

— Как супергерой спускался? По стене? — Софа комично замирает с котлетой во рту.

— Ага.

— И че эт мы про эту историю ни разу не слышали? — насупившись, спрашивает Милана.

Мама загадочно улыбается и пожимает плечом.

— Папа покатал меня на теплоходе, а ещё показал, как выглядит ночной Питер с крыши.

Родители переглядываются. Он хмурится, явно недовольный её откровениями. Она в ответ хитро ему подмигивает.

— Там чё-то ещё было? — выпаливает Ромасенко.

— Ты дебил совсем? — толкаю я его.

— Терпение моё испытывает, — поворачивается к нам отец.

— Сорян, Ян Игоревич.

— Ой, ребят… — мама складывает ладони под подбородком и смотрит на нас горящими глазами.