За тридцать тирских шекелей

И перстень тут ни при чем: ведь многим везет, и все умирают!"

"– Именно так я и говорю на лекциях, именно это пишу в публикациях… Ведь мы должны держаться в рамках нашей идеологии, которая отрицает сверхъестественное, – Трофимов отхлебнул из бокала. – Только на самом деле картина совсем иная: мальчик из многодетной семьи судового священника был обречен на серую бедную жизнь, но ему достался перстень, и он стал адмиралом, первооткрывателем, приближенным королевы! А потом вдруг умер от тропической холеры, хотя плавал в тропиках всю жизнь… Похожая история со знаменитым графом Калиостро, он действительно начинал с фокусов и мошенничества, но, завладев перстнем, сказочно разбогател, был принят в высших кругах общества, путешествовал по всей Европе и везде творил чудеса… И вдруг все кончилось: его чуть не сожгли на костре, заточили в крепость, где он умер в каменном каземате! Да в моей книге описано множество примеров, которые нельзя истолковать двояко! Сколько может быть совпадений? Подряд, на протяжении веков? Увы, это не совпадения, это закономерность!

Ученый замолчал.

– Я не знаю, – растерянно произнёс Граф. – Кто-то считает так, кто-то иначе, а истины не знает никто. Давайте-ка лучше выпьем вина! Истина в вине, как говорится…

– Это изречение не про вино, а про вину, – многозначительно поднял палец Трофимов. – Кто виноват – должен ответить! Вот суть истины.

– А если не виноват? Разве не бывает несправедливых наказаний?

– Бывают. Но это не тот случай. Никто из владельцев перстня праведником не был… Но вам-то не о чем беспокоиться! А вот тот, у кого перстень сейчас, пусть не радуется минутной удаче, славе, призрачному богатству… Это все мимолетно, а впереди его ждет неожиданный конец!

Юздовский, заметно погрустнев, прозвонил стоящим на столе колокольчиком и кивнул мгновенно появившейся откуда-то Тамаре.

– Какое нежное мясо! – восхитился Иван Родионович.

Он поднял бокал.

– За вас! За ваш дом и вашу удачу!

– Спасибо… Будем надеяться, – невесело сказал Юздовский.

Он не чувствовал вкуса и ел утку без всякого удовольствия – просто за компанию. И, выпив, спросил:

– А ты бы что сделал, если бы перстень был у тебя?

Иван прожевал, запил вином, подумал.

– Я бы избавился от этой штуковины. Да, избавился! Если бы успел…

Остаток ужина прошел в молчании. Наконец, гость сыто откинулся на спинку стула.