Вскрытие показало…

 — Револьвер тебе нужен, потому что вокруг полно плохих людей. Да?

Чтобы создать видимость контроля над ситуацией, я включила телевизор.

Люси, закатывая рукава розового пуловера, захныкала:

— Тетя Кей, мне жарко! Почему у нас все время так жарко?

— Давай включим кондиционер, — предложила я, пробегая глазами программу передач.

— Не надо. Ненавижу кондиционеры.

Я закурила, и Люси не преминула прицепиться и к этой моей привычке:

— У тебя в кабинете всегда духотища и дымом воняет. И проветривать бесполезно.

Дороти звонила накануне поздно вечером. Она была уже в Калифорнии — я не запомнила, где конкретно, — со своим новым муженьком-иллюстратором. Мне пришлось разговаривать с ней вежливо, хотя очень хотелось закричать: «У тебя же дочь, кровь от крови, плоть от плоти твоей! Ты что, забыла о Люси? Напряги извилины, припомни!» Вместо этого я была сдержанна, даже любезна — главным образом из-за племянницы, которая сидела тут же за столом, зло поджав губы.

Люси пообщалась с матерью минут десять, не больше, и потом ничего мне не сказала. С тех пор она ходила за мной по пятам, пилила меня, цеплялась к каждому жесту и слову и вообще показывала себя во всей красе. По словам Берты, Люси и днем вела себя не лучше, всю душу ей вымотала своим занудством. Люси целый день торчала в моем кабинете за компьютером и встала из-за стола, только когда я пришла с работы.

Прямо дежавю какое-то — сколько можно обсуждать тему оружия!

— А вот Энди говорил, что гораздо опаснее иметь револьвер и не уметь стрелять, чем вовсе не иметь револьвера, — заявила Люси.

— Энди? — рассеянно переспросила я.

— Ну, Энди, который был перед Ральфом. Он всегда во дворе по бутылкам стрелял. Издалека попадал. А ты так не можешь. — Люси смотрела с ненавистью.

— Ты права.

— Вот видишь!

Я не стала говорить Люси, что немало знаю об огнестрельном оружии. Перед тем как сделать покупку, я перепробовала огромное количество пистолетов, которые хранились в нашей лаборатории. Время от времени я практиковалась в стрельбе и стреляю очень даже неплохо. Я не сомневалась, что в случае необходимости моя рука не дрогнет. Однако у меня не было ни малейшего желания говорить на эту тему с племянницей.