Ватага. Атаман

Только пока еще немного выждать – пусть русские передерутся, – а уж потом – ударить! Резко, кроваво и страшно.

И еще более кровавое действо было задумано в ханском дворце – Егор, как наяву, увидел кипящий котел… зловещие палаческие инструменты, аккуратно разложенные на широкой скамье, плети…

– Что с тобой, княже? – подскочил верный Федор. – Нездоровится?

– Все хорошо! – князь остановил коня, обернулся, подзывая всех воевод.

– Не судьба нам пока вместе идти, – он посмотрел на Онфима. – Слишком медленно, а мне надо – как можно быстрей, птицею.

Гафур-мирза – татарский минг-баши, тысячник, Вожников про себя звал его полковником – сдержанно поклонился:

– Вы здесь главный, великий князь!"

"Он вообще был очень сдержанный человек, этот красивый татарин лет тридцати пяти – высокий, с тщательно выбритым подбородком и холодным взглядом стальных светло-серых глаз. Холоден, непреклонен, решителен – о, такой человек сможет добиться многого! Говорят.

Немного рубака и щеголь, в сверкающих латах изысканной миланской работы, с непокрытой, с копною соломенных волос, головой – рыцарский шлем был привешен к седлу – Гафур-мирза представлял собой тот тип кондотьера, которые лет через сто, в составе отрядов Кортеса и Писсаро, разнесут в клочья могучие индейские царства – империи ацтеков и инков.

– Вышлите вперед разведку, Гафур, – командовал князь, бывший с конкистадором немного накоротке после позавчерашней попойки. – Пусть узнают, где стоят русские рати. Мы едем туда – и как можно быстрее.

– Слушаюсь, великий князь, – почтительно поклонился «полковник». – Предлагаю взять с собой пушки. Они ж у вас на повозках, а их, при нужде, можно поставить в квадрат, и тогда ни один конный отряд не сможет ничего сделать.

– Молодец, Гафур-мирза! – одобрительно воскликнул Вожников. – Сообразил здраво.

И в самом деле – дорога-то хорошая, кони добрые, чего б и не прихватить артиллерию – часть хотя бы.

Татарин скромно опустил глаза:

– Не моя придумка.