Ватага. Атаман

Дружинники – дюжина молодых парней, – почтительно замолчав, повиновались приказу, вскочив на коней и провожая взглядами только что отъехавшую от фонтана Золотых Ослов кавалькаду – подвешенный меж четырьмя вороными паланкин и трех всадников самого разбойного вида.

Прогрохотав копытами по мостовой, кавалькада свернула за угол и скрылась из виду.

– Никита, Авдот, – тотчас же махнул рукой старшой, десятник Евлой. – Едем, глянем – мало ли что…

– Но господине же приказал…

– Кроме господина, есть еще и госпожа Елена, – звякнув кольчугой, Евлой усмехнулся в усы.

– Да уж… – дружинники переглянулись. И в самом деле, на расправу княгиня была коротка.

Десятник махнул рукой:

– Ну, что стоим? Едем. Стражники нынче нам не указ – князь оставил пайцзу.

Тусклый и призрачный свет раннего ордынского утра едва проникал под покрывало изысканного паланкина, качающего столь сильно, что пару раз Егор невольно касался руки своей обворожительной спутницы, а один раз – на повороте – они даже соприкоснулись щеками.

– Князь, вас не укачало?

– Нет, – молодой человек сглотнул набежавшую вдруг слюну и честно признался: – Жду не дождусь, когда же мы наконец приедем.

В ответ прозвучал шепот:

– Чего же ждать?

Вожникову, конечно же, показалось, будто он ослышался – все ж таки пятнадцатый век на дворе, к тому же – Восток… Однако юная гурия вдруг прижалась к нему со всей страстью, а на губах князь ощутил поцелуй! Поцелуй горячий и страстный, не оставляющий времени ни на что.

– Ах, князь, князь…

Высвободив упругую грудь, отлетел в сторону лиф, горячие ладони князя скользнули под шальвары… стащили, отбросили…

– О, мой князь… князь… князь…

Два тела слились в одно в несущемся по пустынным улицам паланкине, из которого вскоре донеслись стоны.

– Мой князь…

Жаркие объятья красавицы, полумрак, стук копыт и качающиеся носилки. Вот чем-то запахло… розами?

– Это мой сад, князь… Мой дом. Мы приехали. Будь моим гостем!

Они вышли, обнявшись и едва накинув одежду, – Вожникову показалось, будто в большом доме певицы совсем не было слуг. Нет, они, конечно, были, но старались не попадаться на глаза.