Ватага. Атаман

Да уж – вот уж точно – красавица! Хотя, на ордынский манер – вовсе нет – тоща слишком и груди – не дынями. Такая же, как и Елена…

Вспомнив свою юную супругу, князь прикрыл глаза, на устах его заиграла легкая мечтательная улыбка – вспомнились лучистые Еленкины глаза, ямочки на щечках, когда улыбается, ласковый и нежный голос…

– Вы – князь Джорджио? – ласковый и нежный голос донесся словно издалека.

Молодой человек обернулся:

– Да! Ой…

Позади него стояла Ай-Лили, уже в алых сапожках и накинутом поверх… гм… концертного костюма летнике с длинными прорезными рукавами:

– Я слышала – вы хотели со мной познакомиться, князь.

– Да, это правда, – справившись с внезапно охватившим его волнением, поспешно кивнул Егор. – Думаю, я в этом не одинок.

Танцовщица засмеялась, показав белые зубы:

– Нет, нет, не одиноки. Джорджио – какое странное имя.

– Зовите меня – Егор, – молодой человек махнул. – Думаю, наш любезный хозяин уже сообщил вам обо мне все, что знал – а тайн от него в Сарае немного.

– Я тоже много чего знаю, – покивала красавица Ай-Лили. – Однако правду говорят: многие знания, многие печали. Вы приехали издалека, так?

– Вы ж знаете.

– Знаю, – нагнувшись, темноокая гурия заглянула собеседнику прямо в глаза… и неожиданно отпрянула. – Да-а… вы совсем из далекого далека явились… я даже не знаю, откуда… точно – не только с Руси.

Откуда она это знает? Вожников нервно провел рукою по подбородку и, спохватившись, предложил девушке сесть и выпить вина.

– Я б с удовольствием, но… здесь как-то слишком уж неуютно, – вежливо отказалась певица. – Знаете что, любезнейший князь, а давайте поедемте ко мне! Я приглашаю вас в гости, да… Хотя уже, верно, поздно… или, скорей, рано – утро уже. Нелепое предложение, нет?

Ах, как дернулись пушистые ресницы, как томно сверкнули глаза!

– Почему же нелепое? – улыбнулся молодой человек. – Кто ходит в гости по утрам – тот поступает мудро!

– Так поступите же мудро, князь!

– Со всей нашей охотою!

Вскочив на ноги, Егор хотел было галантно поцеловать даме ручку, но вовремя опомнился, в конце концов, на дворе не восемнадцатый век, а начало пятнадцатого – не так поймут.

– Я выйду раньше, – стрельнув черными глазами по сторонам, деловито проинструктировала певица. – Буду ждать вас за фонтаном Золотых Ослов, увидите мои носилки и лошадей.