Ватага. Атаман

Вот выйдешь на улицу, закроешь один глаз и – вылитый бульвар Сен-Мишель или, скажем, Клиши, только что без секс-шопов. Честно сказать, Егору нравился город – чистый, уютный, зеленый, правда, так толком и не оправившийся от разорения Тимура. Вообще же, не везло в последнее время Орде – то чума, то тот же Железный Хромец Тамерлан со своими непобедимыми туменами. Не везло. Однако и того, что еще возрождалось, для общего впечатления хватало, а уж Вожникову – точно, имелась возможность сравнивать. Та же канализация, водопровод, фонтаны, стекла в окнах, сады… ах, сады! Они уже и сейчас, казалось, пахли яблоневым и вишневым цветеньем, хотя и рано было еще.

– Ай, вай! Давай, давай, Батыр! Не промажь!

Ах, как орали мальчишки! Впрочем, не только они, среди зрителей хватало уже и взрослых, тем более что князь-орясина Хряжский, желая славы, велел распахнуть настежь широкие ворота. Смотрите, любуйтесь русской удалью молодецкой!

– А ну-ка, гони сюда свистульку! Обещал!

– Так я…

– Давай, кому говорю! А не то ка-ак плесну в морду!

Тот паренек, что со свистулькой, попытался было, соскочив с дерева, убежать, затеряться, как парижский гаврош в Сент-Антуанском предместье, да не успел малость – ухватили его за шиворот, хряснули в нос, да, пустив юшку, отобрали свистульку – а и поделом: не играй почем зря, не хвастай! На прощанье еще и пинков надавали – совсем скис пацан, заныл, заплакал, потащился вдоль улицы, воровато кулак недругам своим показывая: мол, ужо, позову старшего брата, он вам…

– Бача! Эй!

Мальчишка остановился, огляделся, зыркнул вокруг глазами заплаканными зелеными – его, что ль, звали? Иль показалось, ослышался? Да нет, по уху-то не били.

– Парень!

Из-за дерева, да, меж заборами, где рос старый платан – оттуда и звали. Тихо так, но слышно. Подойти? Ага… Башир подошел как-то… лучше и не рассказывать.

– Монету хошь?

Ага, ага, бедолагу Башира именно так и зазывали, а потом…

– Да нужна мне твоя медяха!

– Так не медяха. Дирхем.

– Дирхем?

Снова показалось, что ослышался. Нет, правда – неужто о дирхеме речь шла? Это ж сколько свистулек можно будет у косого Хайнуллы на старом рынке купить! Дюжину! Да что там дюжину – больше, намного больше! И пусть этот шайтан Айгиль со своими дружками описается от зависти! Да.

– Так как насчет дирхема? Или я другого кого попрошу.

– Не, не надо другого! – совсем позабыв про печальную судьбу Башира, парнишка подбежал к платану. – А чего делать-то?

– А то, чего я скажу. И зря языком не болтать – это лишнее.