Отбор для Черного дракона

Не надо, Керри! — попросила Доррит, когда я собиралась было произнести слова утешения. — Асмус подарил мне свою любовь и двух замечательных сыновей, этого мне вполне хватает. Теперь я с нетерпением буду ждать внуков.

Затем мы молчали, думая каждый о своем. Доррит, подозреваю, мечтала о будущих внуках, Красных и Черных, потому что не бывает драконов в полосочку. Я же — о проблеме, которая очень скоро коснется Улайда, а затем доберется и до Несмайра.

— Если бы Радужная Энтропия вас приняла, — все же решилась спросить у королевы, — и у вас была бы возможность загадать единственное желание, что бы вы выбрали?

Доррит задумалась, затем честно призналась, что не знает.

Но если бы у нее появилась такая возможность, то она бы обязательно попробовала обуздать Радужную напасть. Ей всегда казалось, что разгадка Энтропии кроется в событиях трехсотлетней давности.

В Екапе Справедливом или же Проклятом, кому и как удобнее его называть.

В том, что он сделал и почему он это сделал. Ведь именно далекому предку Брантов удалось на два долгих столетия замедлить распространение Энтропии, появившейся в тот самый момент, когда было разрушено Сердце Дракона.

Королева считала, что от его потомков требовалось лишь небольшое усилие. Правильно загаданное желание, чтобы завершить начатое Екапом. Какое именно? Этого она не знала, но подозревала, что ответ кроется в любви.

Только любовь может спасти мир — и Улайд в том числе.

Договорить нам не дали, хотя ее умозаключения показались мне крайне интересными. К нам подошел Рион, все же отвязавшийся от Хариссы.

Обняв меня за плечи, принц негромко напомнил, что пора попрощаться с гостями и отправляться в свои покои.

И, главное, ни о чем не беспокоиться.

Так я и сделала. Нарочито громко и долго прощалась с Рионом — пусть все видят! — затем обнималась с будущей свекровью и свекром — тот оказался еще тем любителем заглядывать в вырез платья, — после чего помахала Илси, танцующей с моим братом, и Тее, за которой, вовсю ухлестывал Элмет. Затем, сопровождаемая архимагом Растеном и Вильямом, покинула Центральное Крыло.

Прошлась по вечернему саду, в котором удивительно сладко благоухали розы и ночные фиалки, и порхали бабочки со светящимися разными цветами крыльями, заменявшие магические светлячки.

Затем маги провели меня до самых дверей покоев, и по дороге я так и не увидела ни одного стража — ни в темных коридорах, ни в гулких залах опустевшего Девичьего Крыла. Тут мои сопровождающие попрощались и ушли, оставив меня в полном одиночестве.