У тебя есть сын

13

Кирилл

У меня все же сорвало крышу.

Весь вечер я из последних сил тормозил себя, а, когда понял, что Яна разговаривает с каким-то мужиком, тормоза отказали.

И меня понесло...

Ревность.

Это она. Я знаю.

Я очень хорошо знаком с этой зеленоглазой стервой. Как я ревновал Яну пять лет назад! Меня наизнанку выворачивало от того, что она вечно тусовалась с успешными и богатыми парнями.

И сейчас у меня также сдавливает гневом горло, перед глазами пелена, а пальцы сами сжимаются в кулаки.

И я ору на нее… Хотя не должен.

Яна молчит. Смотрит в пол. Не орет в ответ. И не посылает меня на хер.

Я что, напугал ее? Раньше она бы так меня припечатала… А сейчас молчит.

А потом неожиданно тихо спрашивает:

- А когда ты разрешишь мне уйти?

- Когда мы закончим ужин, - бурчу я.

Чувствуя себя последним козлом.

- Как скажешь, - выдыхает Яна.

И, послушно наклонив голову, идет наверх. На террасу."

"Садится, берет вилку, начинает есть. Я тоже сажусь. И пытаюсь ковыряться в фирменном рагу от шефа.

Но все не так!

Недавно мы почти по-дружески болтали.

Почему она не дала мне отпор, когда я начал орать на нее? Почему не ушла, хлопнув дверью и наплевав на работу и все остальное?

Это так не похоже на ту Яну, которую я знал…

- Ты там что-то говорил про деньги, - вдруг начинает она.

- Да, говорил, - удивленно киваю я.

- Мне нужны деньги, - произносит Яна.

Не поднимая глаз от тарелки.

- У тебя счет привязан к телефону?

- Да.

- Я переведу.

- Ты знаешь мой телефон?

- Узнал у вашего менеджера.

- Понятно… Спасибо.

Блин, тут что-то не так! Я думал, мне придется придумывать какие-то обходные пути, чтобы помочь ей.

А она сама попросила…

Еще полчаса назад мне казалось, что я вижу перед собой прежнюю Яну: боевую девчонку, львицу, которой палец в рот не клади. Но теперь я понимаю: она уже не та.

Что с ней случилось?

Жизненные трудности сломили ее?

Люди меняются. К сожалению.

И мне немного жаль, что она тоже изменилась.

Я помогу ей всем, чем смогу. К счастью, она готова принять мою помощь.

А потом мы пойдем разными дорогами. Как и шли.

- Я принесу десерт, - Яна поднимается.

- Не надо.

- Ты же любил сладкое…

- Теперь не люблю. Люди меняются, - произношу я то, что вертится у меня на языке.

- Да… - эхом повторяет Яна.

- Можешь идти. Домой. Или куда ты там хотела…

К этому своему Матвею.

Блин.