Ты не заставишь меня

Остановил машину, вышел, и помог выйти из машины мне.

— Мы сможем забрать ее?

— Нет.

— Почему?

— Мне не нравится твоя сестра. Она дура и истеричка. Не люблю таких баб, – Демьян взглянул на меня, когда мы вошли в лифт. — И ты заканчивай с истериками, и не трать себя на тех, кто того не стоит – ни на живых, ни на мертвых. Руслан был дерьмом, сестра твоя – неблагодарная шавка. Баблом обеспечу ее, и хватит.

Я сжала кулаки, отказываясь слушать то, о чем говорит Демьян. О моей семье можно так, но я бы посмотрела, смог бы он о своих родственниках так отзываться: дерьмо, дура, истеричка, шавка… папа и Лара далеки от идеала, но родственников не выбирают.

Демьян прижал к уху трубку, и произнес:

— Ян, открой, это я.

Через пару секунд дверь открылась, передо мной предстал русоволосый мужчина в камуфляжных штанах и синей майке. Молодой, сильный, собранный, выражением лица и движениями Демьяна напоминает. Та же скупость во всем проскальзывает.

— Она на кухне, – бросил Ян.

— Лариса? – позвала я, войдя в коридор, и услышала, как звякнула ложка.

— Алина? – крикнула сестра, и я улыбнулась – сейчас увижу свою мелкую, вредную, иногда противную и невыносимую, но горячо любимую сестренку.

Скинула обувь, и побежала на звук голоса сестры.

— Лара, – увидела ее стоящей в проходе, кинулась, и обняла. — Ларочка, как же я соскучилась!

— И я, – всхлипнула она, и на миг стиснула меня в объятиях.

А затем оттолкнула.

— Где ты была? Почему бросила? Меня чуть не убили вчера! – взвизгнула сестра. — Я на волосок от смерти была! Меня запирают, похищают, пытаются убить, а ты живешь себе спокойно, и в ус не дуешь.

— Лара, – я попыталась ее успокоить, протянула руку, чтобы прикоснуться, снова к себе прижать.

— Не верещи, Лариса. И не вздумай сестру оскорблять. Она терпит, я – нет, – холодно произнес Демьян.

— У нее шок, – прошептала я. — Она не со зла.

— А мне плевать, – отмахнулся мужчина."

"— Ему плевать, ты слышала? – простонала Лариса. — На меня всем плевать, на тебя – нет.

Я спрятала лицо в ладонях. Все еще не верю, что папа мертв. Стараюсь держаться, но Лариса… Боже, как же она меня бесит иногда. Я должна быть старше, мудрее, сдержаннее, но мне тоже больно и страшно. Я тоже не знаю, кто друг, а кто враг.