Невинная вдова для императора

Если бы любимый рассказал мне, чем обернётся сегодня маскарад, не знаю, как бы я отреагировала.

Я задрала голову и посмотрела на купол над нами. Он стал более прозрачным — у Бенедикта заканчиваются силы. Только бы продержался. Не успела я подумать об этом, как заметила мужчину, который двигался словно хищник, плавно приближаясь, а вокруг него сиял мощный защитный купол. Эдвард заметил его и атаковал синими пульсарами.

В этот момент император увидел второго, который подкрался к нам с другой стороны, и запустил в того разряд, отвлёкшись на миг.

— Вот же демоны, — натужно процедил он и рухнул вниз.

— Император ранен! Срочно сюда целителей! — донёсся до меня крик герцога.

Мир остановился. Я смотрела на бледнеющее лицо любимого и не могла поверить в то, что вижу.

— Бенедикт! — я кинулась к нему, не понимая, что делать.

— Всё же ловушка удалась, — прохрипел он, держась за рукоять кинжала. — Надеюсь, их всех изловят, как крыс…

— Молчи, прошу тебя, — еле прошептала я, — сейчас тебе помогут.

Тут же прибежали трое целителей и оттащили меня от любимого. Действовали они быстро, как слаженная команда: вынули оружие из груди Бенедикта, плеснули какое-то зелье на рану — император сморщился от боли. И маги начали вливать в него магические силы. В это время герцог ди Бофорт прикрывал нас, выстроив новый щит.

Бой закончился быстро, пульсары больше не летали над головами и не врезались в купол, а целители всё ещё корпели над раной Бенедикта, который лежал уже без сознания.

— Кинжал был отравлен, — злобно процедил Рейли, держа руки на груди императора. — Яд неизвестный, впервые с подобным сталкиваюсь: он отнимает прорву магии, не давая ране заживать.

— Я уже истощился, простите, — вздохнул молодой маг и убрал руки от императора.

— И я не могу больше, — сдался второй.

Защитный купол над нами исчез. Герцог ди Бофорт схватил меня за плечи.

— Леди Кэйтлин, вся надежда на вас, — он слегка тряхнул меня, выводя из ступора. — Вы магическая пара Бенедикта, вы можете спасти его.

Во мне словно переключился тумблер, и прежнее восприятие мира вернулось с удвоенной силой."

"— Говорите, что нужно делать! — я упала на колени перед любимым, смотря на его окровавленную рубашку.

— Положите одну руку на рану, другую дайте мне, — отчеканил герцог.