Царь-гора

Во такие они, остережения. Но, правда, через месяц помирились. Три деревни у меня на свадьбе гуляли. Так это выходит штука такая, – он поднял палец кверху, – амбавалетная.

– Амбивалентная, – поправил Федор, косо посмотрев на деда. – Какие же, по-вашему, опасности подстерегают Россию в будущем, если судить по этим предсказаниям?

– А вот вы, к примеру, – гулко, как в бочке, прозвучал бас архидьякона, довольного щами. – Возьмете да и устроите февральскую революцию наоборот. Чем не опасность?

– Думаете, у меня получится? – поинтересовался Федор.

– Глаза у вас блестят подходяще для такого дела. Но я вас сразу предупреждаю, тут и пророчества не нужны, – истина в умах не водворяется через революцьонную свистопляску. Этаким образом она из умов, напротив, выскакивает.

– Слышь, Федька, не вздумай мне революцию делать, – дед Филимон постучал черенком ложки по столу. – У меня коммерция серьезная, налаженная… свисту не любит.

Федор почувствовал себя задетым.

– Однако все может случиться по-другому, – с сарказмом произнес он.

– Вот тут вы ошибаетесь, – ответил дьякон. – Бутафорская монархия в России так же невозможна, как не может президент Америки, оставаясь президентом, принять мученичество за Христа.

– Ну почему же…

– Потому что Бог не фраер, как справедливо замечено.

– Молодец какой, дьяк, – весело мотнул головой дед Филимон.

– Очевидно, только на это и приходится уповать, – серьезно сказал Федор.

Аглая пропала бесследно. Наутро дед принес сложенный лист бумаги, исписанный каракулями. Задрал на лоб очки и пожаловался:

– Не разберу чего-то, погляди, что за ерунда такая.

Федор, зевая, посоветовал:

– Брось в мусор.

– А я говорю, погляди. Может, важное чего.

Федор взял бумажку и нехотя стал изучать. Минуту спустя его рука дрогнула, он поднял потемневший взгляд на деда.

– Откуда это взялось?

– На крыльце валялось. Ну чего там? Полезное есть?

– Нет, – отрешенно сказал Федор. – Только вредное.

– Что, таможенные пошлины подняли? – встревожился дед и потянул бумажку из рук Федора. Но тот вцепился в нее крепко.

– Здесь нет домашних телефонов. Им, наверное, пришлось напрячь мозги, чтобы придумать подброшенную записку.