Третий не лишний

На вопрос не отвечаю, а она вроде и не ждет ответа.

Ставит на стол два бокала, насыпает на дно по маленькой ложечке коричневого сахара и выливает содержимое шейкера в один из них.

– Значит, нормально все у вас? Я не стал причиной конфликта?

– Не-а… все отлично.

Бродившее все это время в крови глухое раздражение собирается в области солнечного сплетения и концентрированным ударом бьет в виски.

Сучка.

– Так может, повторим? – атакую жестко.

Принимает. Отводит взгляд, переключая внимание на второй дайкири. Снова прячется за невозмутимостью.

– Данил, забирай.

Тот забирает заказ и исчезает, а Кристина усмехается одним уголком губ.

– С тобой уже не интересно. Хочется разнообразия.

Колючки выпустила. Скалится, кусает. Как Тёмыч к ней подход нашел? За какие, мать твою, заслуги она с ним?

Хоть убей – не понимаю и даже, что ответить ей, не нахожусь.

Чувствую смачный удар по плечу сзади, и в следующее мгновение на соседний стул усаживается сам Бурковский.

Врет, значит, про идиллию.

– Здорово! – наиграно весело и гостеприимно, – а ты как здесь? На завтра же договорились?

Смотрю утырку в глаза. Он уже изрядно пьян, взгляд мутный, движения заторможенные. Крис изображает бурную деятельность.

– Если бы знал, что ты бухой, не приехал бы…

– Ну, давай тогда, – дергает головой в сторону выхода, – завтра протрезвею, поговорим.

Встаю со стула и, обхватив предплечье Артема, тащу за собой.

Волоку его в коридор и швыряю в стену. Потирая ушибленное плечо, громко ржет.

– Если трепанешь кому-нибудь, – предупреждаю тихо, – я тебе язык выдеру.

– Оооо!.. За репутацию волнуешься?

– Я предупредил. И… еще раз услышу, что ты пилотку Кристины всем подряд показываешь, урою на*уй.

– Да? – взвивается мгновенно, – а тебе, бл*дь, какое дело?! Ты че приперся? Она видеть тебя не хочет, ясно! Противно ей!

– Ага… не меньше, чем от тебя.

– Не приближайся к ней, понял!

– Спи спокойно, – разворачиваюсь на выход, – мне такого добра не надо.

Глава 17

Ни дышать, ни стоять, ни разговаривать нормально не могу. Эйне ушел, и из меня словно скелет вынули. Оперевшись поясницей о столешницу, пытаюсь восстановить дыхание и успокоить сердечную мышцу, что билась в конвульсиях, пока он был рядом, где-то в области яремной впадины.