Сын моего сына

Ну вот, теперь точно похожа на свеклу. Как будто не было ничего более неловкого, чем мой вопрос.

— Да ты школьников учить можешь, как надо целоваться, — медленно произносит он, но в его голосе слышен сдерживаемый смех.

Я смотрю на него и понимаю, что сама загоняю себя в этот угол. Мои пальцы, всё ещё лежат на его руке, невольно сжимаются сильнее, и я пытаюсь оправиться от своей же собственной глупости. А он продолжает стоять, глядя на меня с таким видом, будто смеётся про себя, но уважительно молчит.

— Правда, я не понимаю, почему ты решила, что целуешься плохо? — наконец спрашивает он, уже не скрывая улыбки.

— Ну, просто… я не знаю, — я пожимаю плечами, избегая его взгляда, — как-то неуверенно получилось.

— Ты слишком сильно переживаешь за всякие мелочи, — говорит он, легонько поддевая меня пальцем за подбородок и приподнимая его так, чтобы наши глаза снова встретились. — Это было очень вкусно.

Он произносит это так спокойно и уверенно, что я на мгновение теряюсь.

— Знаешь, — продолжает он, его голос становится чуть мягче, — ты удивительно… естественна.

Моё сердце снова начинает учащённо биться. Эти слова звучат настолько неожиданно, что я на миг забываю, как дышать. Мы снова смотрим друг на друга, и я понимаю, что он серьёзен. Настоящий, открытый. В его глазах нет осуждения или сарказма — только принятие. Это успокаивает меня.

— Спасибо, — тихо отвечаю я.

— Ну, вот опять, спасибо.

Тимур тянется ко мне и снова кладёт руку на мою талию, его прикосновение на этот раз становится более уверенным и в то же время нежным.

— Но, если ты так не уверена в своем мастерстве, — продолжает он шутливо, — тебе стоит почаще практиковаться.

Я не могу сдержать смешок. С ним становится легко, как будто эти неловкие моменты — это просто часть пути, и они не мешают, а наоборот, делают нас ближе.

— Ну… — тяну я, слегка смущённая, но уже гораздо более уверенная, — это звучит как неплохой план.

— Тогда, я думаю, стоит продолжить, — он практически хрипит мне в губы.

Тимур снова улыбается, но на этот раз в его глазах загорается какой-то огонёк. Он медленно наклоняется ко мне и мягко, почти невесомо касается моих губ своими. Я замираю на мгновение, но затем поддаюсь этому моменту, позволив себе просто чувствовать.

Моя рука медленно скользит по его плечу, чувствуя напряжённые мышцы под тонкой тканью рубашки. Я приподнимаюсь на носки. Это не был порыв — скорее, тихое и осознанное движение.