Хаски и его учитель белый кот. Том III

Увидев лицо Е Ванси, он осекся, поняв все без слов, и смачно выругался.

Воспользовавшись тем, что он отвлекся, один из зомби вцепился зубами ему в руку. Когда Мо Жаню не удалось его стряхнуть, он в гневе засунул руку в высохший рот и, безжалостно схватив полусгнивший язык трупа, просто вырвал его целиком.

— Оу!

Хлынула черная кровь, зомби отпустил его руку. Мо Жань тут же отбросил его ударом локтя в грудь, и труп рухнул на землю.

Черные глаза Мо Жаня злобно блеснули, лицо стало мрачнее грозовой тучи.

— А-Сы сказал, что вам всем нужно как можно быстрее отступить к подножью горы и там ждать его!

Мо Жань кивнул. Заклинание усиления звука в одно мгновение распространило его голос по всему полю сражения.

— Не ввязывайтесь в бой! Отходим к подножью горы! Все отступаем к подножью! Отступаем!

Хуан Сяоюэ тут же поспешил выразить свою обеспокоенность:

— Вообще-то мы сюда для того и пришли, чтобы биться не на жизнь, а на смерть с Сюй Шуанлинем, и вроде ничего неожиданного пока не случилось.

Вообще-то, Мо Жаню сейчас было глубоко начхать на его мнение по этому вопросу. Как говорится, в погоне за богатством люди гибнут, как птицы в погоне за пропитанием. Хуан Сяоюэ так рвался на гору Цзяо исключительно потому, что надеялся запустить руки в сокровищницу Тяньгуна, родового храма Духовной школы Жуфэн, поэтому продолжал вести себя, как что-то среднее между «занозой в заднице» и «затычкой во все щели».

— Если не хотите умереть, спускайтесь с горы! Немедленно! Все вниз!

Несмотря на то, что боевые навыки мертвых слуг были довольно слабы, их все же было не сравнить с трупами простых мирян с горы Хуан, которые «не могли и курицу связать».

Естественно, Хуан Сяоюэ отступил вместе со всеми, ведь он прекрасно понимал, что с его слабыми способностями самому ему никогда не достигнуть вершины горы.