Хаски и его учитель белый кот. Том III

Однако из-за того, что никто не был готов к такому повороту, а марионетки Вэйци Чжэньлун в один миг обрушились на них словно лавина, возникла огромная неразбериха.

Стоя перед входом в Зал Даньсинь, Мо Жань видел, как контролируемые черными камнями Вэйци Чжэньлун мертвые герои один за другим спешиваются и, отражая используемые против них магические техники, вступают в бой с защитниками Пика Сышэн.

Серебристо-голубая броня сошлась в смертельном бою с черными одеждами, но очень скоро эти цвета смешались и растворились в друг друге.

Он стоял на самом верху каменной лестницы[263.2] и с болью наблюдал за происходящим у него на глазах. Все это почти в точности повторяло случившееся в прошлой жизни…

Только вот в прошлой жизни именно он управлял огромной армией, состоящей из мертвецов и живых людей, превращенных в послушные марионетки Вэйци Чжэньлун. Тогда он полностью истребил всех тех людей с Пика Сышэн, что посмели сказать ему «нет».

С того времени он привык косить людей, как коноплю, ценить человеческую жизнь не больше, чем придорожную траву, и ради своих великих планов жертвовать кем угодно[263.

Он все еще прекрасно помнил, как тогда точно так же стоял на ступенях у дверей Зала Даньсинь. Восставший против родного ордена мятежник Мо Вэйюй с легкой улыбкой взирал с высоты на свою армию, состоящую из порабощенных отважных героев, возродившихся к жизни мертвецов и прочих земных тварей, а у его сапог лежали остывающие тела Сюэ Чжэнъюна и госпожи Ван.

— От Пика Сышэн своей плотью и кровью проложите мне путь.

Закрытые веки Мо Жаня задрожали, тот полный ледяной насмешки голос из прошлой жизни все еще стоял в его ушах. Открыв глаза, он громко крикнул Сюэ Мэну:

— Не сражайся с ними! Их невозможно победить! Отступайте! Быстрее, вы все должны отступить!

Гомон толпы и звон мечей заглушали все прочие звуки, а Сюэ Мэн сражался слишком далеко, чтобы его услышать.

Оглядевшись вокруг, Мо Жань обнаружил, что битва уже в самом разгаре. Когда он заметил сражавшегося сразу с десятком марионеток Цзян Си, то сразу невольно вспомнил, как в прошлой жизни тот пал от его меча…

— Ты преклонишь колени перед этим достопочтенным?

— Не преклоню.

— Ты признаешь этого достопочтенного, как своего владыку и императора?

— Не признаю.

Он рубанул с плеча, и алая кровь брызнула во все стороны.

Победить невозможно…

Перед глазами Мо Жаня всплыло воспоминание о том, как во время битвы глава Дворца Тасюэ, опустив взор, подула в сюнь.