Хаски и его учитель белый кот. Том III

Если ваши с ним жизни сложатся благополучно, эти две части души не окажут на вас большого влияния. Однако, если Цветок Вечного Сожаления Восьми Страданий Бытия продолжит стремиться к вторжению или этот мир будет ввергнут в хаос, благодаря моему вмешательству эти две части души смогут вновь соединиться.

Если его расчет был верным, то в момент объединения двух частей души Цветок Вечного Сожаления Восьми Страданий Бытия будет уничтожен и выдернут из сердца Мо Жаня, а сам он восстановит воспоминания предыдущей жизни.

— В будущем не вини меня за то, что я разделил с тобой эту ношу. Если это возможно, я надеюсь, что тебе не придется вспоминать мое прошлое и вновь проходить через все это, но…

Так и не договорив, он лишь тихо вздохнул, после чего ушел, чтобы закончить еще одно дело.

Снятие последнего барьера — это было третьим делом, что он обязательно должен был закончить до своего возвращения... И он отправился разыскивать Хуайцзуя, чтобы передать ему заранее приготовленную курильницу.

К этой курильнице он применил заклинание объединения душ. Такого рода секретная техника поглощала самые сокровенные воспоминания из его подсознания, чтобы побудить две части его разорванной души снова слиться воедино.

Чу Ваньнин сам не знал, какие из скрытых в его подсознании воспоминаний можно считать самыми сокровенными, но чувствовал, что их может быть даже слишком много. Пожалуй, это могла быть память о том дне, когда, разорвав отношения учителя и ученика, он и Мо Жань вступили в бой друг против друга, или о том, как, потерпев сокрушительное поражение, по воле Мо Жаня он капля за каплей истекал кровью, а может, это были воспоминания о боли и унижении, что он испытал, когда впервые лег под Мо Жаня.

Он очень настойчиво попросил Хуайцзуя сохранить курильницу, запечатав ее в пещере на горе Лунсюэ, а также поручил ему в том случае, если он заметит, что в мире происходит что-то странное, добиться того, чтобы в это место одновременно пришли он сам и Мо Жань.

После того, как все было сделано, пришло время вернуться самому Чу Ваньнину. Время и пространство имели способность к самовосстановлению, поэтому разрыв начал постепенно затягиваться.

Ему и правда очень хотелось остаться в этом совершенно чистом, спокойном и безмятежном мире, где еще ничего не произошло.