Хаски и его учитель белый кот. Том III

Коснувшись лба, он чуть-чуть пошевелил кончиком пальца, и в тот же миг его пронзила острая боль… Именно из этой разрывающей плоть боли возникло непревзойденное божественное оружие — созданный из священного дерева Шэньму искрящийся семиструнный гуцинь, в узкой части разрастающийся цветущими ветвями яблони.

Стиснув зубы, Чу Ваньнин перенаправил могучие духовные силы божественного оружия в свое тело. По сравнению с силой Наступающего на бессмертных Императора эта духовная энергия была просто ничем, но ее было достаточно для того, чтобы Чу Ваньнин мог воспользоваться некоторыми заклинаниями.

Он плотно прижался лбом ко лбу Мо Жаня, закрыл глаза и тут же ощутил… в теле Мо Жаня действительно чувствовалось присутствие Цветка Вечного Сожаления Восьми Страданий Бытия. Перед его мысленным взором возник черный махровый цветок, который уже пророс в сердце и пустил корни в кровеносные сосуды.

Именно это и был Цветок Вечного Сожаления. Именно он был источником всех зол.

Чу Ваньнин глубоко вздохнул и беззвучно произнес про себя тайное заклинание, вычитанное им в древних книгах, а затем, четко выговаривая слова, вложив в них почти все оставшиеся силы, крикнул:

— Разрыв души!

Когда Чу Ваньнин резко распахнул глаза, из глубины его зрачков пролился холодный свет.

Цветок Вечного Сожаления можно было сковать лишь силой души. Как говорилось в книге, для этого нужно было отрезать половину одной из трех собственных душ и через соприкосновение лбов передать ее Мо Жаню.

Неожиданно поднялся ветер, и они оказались в центре вихря.

Мо Жань… Мо Жань…

В прошлом твой наставник не смог защитить тебя.

Теперь я здесь, чтобы спасти тебя.

Я помогу тебе пройти[252.7] через это.

Разорванная душа стала тонкой белой нитью, что непрерывно струилась, покидая его тело.

Мо Жань потерял сознание, а страдавший от мучительной боли Чу Ваньнин не мог себе этого позволить. Лоб ко лбу, ни на секунду не разрывая контакт.

Я помогу тебе пройти[252.7] через это…

Нить света истончилась и исчезла, после чего два человека, наконец, разделились. Когда обессиленный Чу Ваньнин отпустил Мо Жаня, тот тут же рухнул обратно на смятую постель.

Цзюгэ исчез, вновь став частью плоти и крови Чу Ваньнина. После того, как он утратил половину земной души, ему было трудно поддерживать стабильность божественного оружия.

Чу Ваньнин опустился на край кровати и прикрыл глаза, пытаясь прийти в себя.