Хаски и его учитель белый кот. Том III

Сюй Шуанлинь некоторое время просто смотрел на эту женщину, чувствуя лишь, что все происходящее с ним до абсурда смешно."

"Пощадить это семя зла в ее животе? Этот еще толком не сформировавшийся кусок гнилого мяса, будь то племянник или племянница, какое он имеет отношение к нему?

Однако между этими порочными мыслями вдруг вклинилось воспоминание о дикой боли, что он пережил этой ночью. Сюй Шуанлинь даже замер на миг, а потом вдруг осознал, что это на удивление отличная новость... Место главы Духовной школы Жуфэн может быть унаследовано только в двух случаях: после смерти старого главы или при узурпации власти.

О передаче власти Наньгун Лю не могло быть и речи, однако после смерти, лет через сто, можно будет завещать место главы его ребенку, чтобы это отродье до дна испило чашу страданий человека, занимающего этот пост. Разве это не прекрасная новость?

Долг отца вернет дитя — действительно, лучше и не придумать.

Он тут же почувствовал приятную легкость во всем теле, отчего его лицо от дуг бровей до уголков рта расцвело в яркой улыбке. Больше не обращая внимания на этих двоих, Сюй Шуанлинь отбросил меч, развернулся и, громко хохоча, покинул тюремную камеру.

Он отказался от идеи убить Наньгун Лю и Жун Янь, планируя поместить их под домашний арест в отдельно стоящем доме, а как только родится ребенок, немедленно пожаловать ему звание будущего руководителя школы и заключить с ним кровный договор.

Пожалуй, все может повернуться так, что, когда наступит это время, весь мир будет восхвалять его за щедрость и великодушие, вмиг забыв о прежней неприязни. Почему нет?

Но он не смог дождаться этого дня.

Вскоре после того как он занял пост главы, Сюй Шуанлинь совершил множество злодеяний, что вызвало глубокое недовольство как внутри, так и за пределами ордена. В итоге наместники всех семидесяти двух городов Духовной школы Жуфэн, сговорившись за его спиной, восстали и, застав его врасплох, освободили Наньгун Лю и Ло Фэнхуа.

Не знавший всех подводных камней и обстоятельств, Ло Фэнхуа полагал, что все ужасные деяния он сотворил только ради высокого положения главы. Под давлением красноречия Наньгун Лю с каждым днем он все сильнее разочаровывался в своем ученике и в итоге согласился на мятеж, целью которого было скинуть Сюй Шуанлиня с теплого места главы ордена.