Сопутствующий ущерб (СИ)

В ее резко перевернувшейся с ног на голову жизни и без того хватало трудностей и неразрешимых ситуаций, требовавших от нее больше, чем она была способна отдать.

— Малыш? — Она вздрогнула от неожиданности и, подняв голову, наткнулась на Славин вопросительный взгляд. — Чего ты здесь стоишь одна? Зашла бы ко мне.

— Не знаю. — Даша смущенно пожала плечами. — Задумалась.

— Ясно. — Легко прикрыв за собой дверь комнаты, Слава в несколько широких шагов пересек большую часть комнаты и остановился рядом с телевизором.

— Ты уже постелил?

— Ага.

Она послала ему виноватый взгляд.

— Прости, я очень хочу спать.

— Ну ладно. — В разочарованном тоне его голоса ей будто послышались скрытые злость и недовольство, однако прежде чем Даша успела дать адекватную оценку собственным смутным ощущениям, Слава быстро сократил дистанцию между ними, чтобы обнять ее и поцеловать: — Сладких снов.

— И тебе, — пожелала она и мягко улыбнулась, прежде чем с сожалением разомкнуть объятия.

Сонливость и правда окутывала ее тяжелым одеялом, отчего хотелось скорее лечь в кровать, однако спустя полчаса Даша была вынуждена признать, что ее организм отказывается погружаться в дрему. В очередной раз раздраженно крутанувшись с одного бока на другой, она наконец пошарила рукой под подушкой и вытащила телефон."

"Очень скоро она отчаянно пожалела о своем решении заглянуть в соцсети, когда случайно наткнулась на новый пост с информацией об аресте своего отца.

Люди в комментариях удивительно мало внимания уделяли осуждению ее отца, вдруг обратив все свое возмущение на его жену и дочь. Даша оказалась совершенно не готова к массовому и открытому потоку ненависти в свою сторону. К тому, что посторонние люди считали виноватыми не только ее отца, но и всех членов ее семьи.

Она не была готова найти под очередным постом об отце больше десятка комментариев с одинаковыми агрессивными пожеланиями дочери Шутина — люди, не знавшие ее лично, не знавшие ее отношения к ситуации, желали ей пройти ровно через те же страдания, что шесть лет назад испытала Анастасия Муратова.

Прижав ладонь ко рту, Даша давилась рвущимися изнутри всхлипами и слезами, пока поверхностный, тяжелый сон не забрал ее к себе на несколько предрассветных часов.