Сломай меня

Мне нужно что-то реальное и честное, пусть тяжелое, но настоящее, и неважно, что об этом больно будет думать. Я хочу испытать боль от чего-то настолько глубокого, что я буду истекать кровью, когда ранен будешь ты.

– Малышка, – я не узнаю собственный голос: раненый и одновременно ждущий.

Ее грудь наполняется воздухом, плечи расправляются.

– Ты был прав, – она смотрит на меня, будто прямо в душу, и шепчет: – Мне не нужен принц.

Черт меня подери, если это не волшебные слова. Слова, в которых я нуждался, но которых не было, потому что, как она сказала, я был прав, и я знал это, когда говорил ей про принца.

Она повторяет со смешком:

– Ты далеко не скромный парень и та еще сволочь.

Прижимаю ее к себе, неконтролируемое желание поджигает каждый мой нерв, испаряя весь алкоголь, оставшийся во мне. Я трезв и хладнокровен и смотрю в душу, тесно переплетенную с моей душой.

– Поверь мне, Динь-Динь. Я знаю.

Ее губы еще ближе к моим.

– Загладь свою вину передо мной, – выдыхает она.

И я принимаю ее губы.

Потому что они мои.

Как и вся она.

Вся она, черт побери.

Спустя мгновение Бриэль с усмешкой отстраняется.

– Теперь ты понимаешь?

– Понимаю что, сердце мое?

– Ты не можешь меня оттолкнуть. Я внутри тебя, и ты это знаешь, – ее голос становится тише. – Ты не смог бы вырвать меня из себя, даже если б попытался.

– А я больше никогда и не буду пытаться.

До меня наконец доходит то, что я давно слышал: не бывает ничего настолько четкого и ясного, чтобы не возникало вопросов, нет добра без капли зла, нет любви без сердечной тоски, и я знаю, что любовь вырастает лишь на корнях боли, но это необязательно говорит о том, что все безнадежно плохо.

"Одиночество привело сюда Бриэль, боль притянула ее ко мне, желание нас связало.

Нужда узнает нужду.

Мы с ней нуждаемся друг в друге.

Но вселенная решает, что мы еще не на равнине, что надо взобраться еще на одну гору, оседлать мощную волну, прежде чем мы сможем дышать, и испытание является нам в виде рычащего «Мустанга Фэстбека» 1969 года.

Хватаю ее за руку и тяну к крыльцу с извинением в глазах.

Она тоже слышит машину и прищуривается.

– Это…

– Мальчики будут мальчиками, малышка.

– Ройс.

– Побудь тут.

– Это обязательно?

– Жизненно необходимо.

Бриэль пронизывает меня взглядом, потом смотрит через мое плечо. Из ниоткуда появляется папа, хватает ее и затаскивает в дом.

Сделав глубокий вдох, я киваю, разворачиваюсь и вижу, как старый масл-кар, взвизгнув тормозами, останавливается в пяти дюймах от моих ног.