Скрытые чувства

Пальцы задевают капрон. Край чулка… Жаркого и влажного местечка между ног. Стонем в унисон. Оба. Ритм дыхания рвется. И в тишине комнаты это все – музыка. Чистая музыка. Проникаю пальцами под трусики. Инна хнычет. Она тугая, как девочка. Ловлю ее взгляд. Без слов задаю вопрос и получаю на него ответ.

Она точно дура. Если все это время хранила мне верность. Я не сделал ничего, чтобы заслужить ее преданность. Собачью преданность во всем. Но… я не жалуюсь. Я, мать его так, не жалуюсь. Я дрожащими пальцами расстегиваю ремень, стягиваю кое-как брюки и белье.

Я забыл. Забыл, как это хорошо. Это лучше, чем что либо. Ее теснота, вкус, податливость, чувственность, совершенно какая-то запредельная. Благодаря которой она успевает кончить несколько раз за подход. Но только не в этот раз. Когда нет абсолютно никаких сил терпеть и сдерживаться.

Подхватываю ее под попку, сдергиваю со стола, чтобы до предела в нее погрузиться, и выплескиваюсь в ее пульсирующее лоно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 27

Инна

На улице самая настоящая весна. Глушу мотор и опускаю стеклоподъемники, чтобы ей надышаться впрок. Жмурюсь на солнце, которое даже припекает через лобовое стекло. Вслушиваюсь в пение птиц… Мне так хорошо и спокойно, что я боюсь пошевелиться, чтобы не спугнуть эти ощущения. Сижу, откинув голову на подголовник, хотя рабочий день вот-вот начнется, и в ус не дую. Плевать.

Кстати, может, именно поэтому мне так… тихо. И погода здесь ни при чем.

Как же я дико устала. От него. От неразберихи в жизни. От того, во что он меня втянул. И продолжает втягивать. Возвращаясь от нее ко мне. Снова и снова.

Я хочу, честно, хочу положить конец этому безумию. Вспомнить о гордости и прочем дерьме. Но не могу. Одно дело – остаться одной. Другое – без него. Первое я переживу. Второе… Наверное, тоже.