Скрытые чувства

"

"– Зачем ты так? Ты же не только меня мучаешь… Но и себя. Отпусти меня, Иван… Пожалуйста. Если ты хотел преподать мне урок – я его усвоила. Правда. Не нужно меня изводить… Это ни к чему не приведет. Со мной уже случилось самое худшее. На этом фоне твои насмешки и полный игнор – не более чем уколы.

– Не понимаю, о чем ты.

– Все ты понимаешь, – устало вздыхает Жанна. – Ты презираешь меня. Шарахаешься, как от чумной. А я ведь помню другое. Помню, как ты носил меня на руках. Как пылинки с меня сдувал… Я так тоскую по тому времени.

Тоскую и… понимаю, что ничего уже не вернуть. Я сама своими руками разрушила свое счастье, – в ее глазах блестят слезы, когда она берет меня за руку. – Поверь, если бы я могла… Я бы все изменила. Но я была молодой, глупой, до крайности запутавшейся девочкой. Прости ее… И себя. Пока не поздно. Пока твоя нелюбовь не разрушила… даже не меня. Я-то ладно. Пока она тебя не разрушила. Ты же не такой совсем. Ты сильный. Ты благородный. Ты…

– Достаточно, – шиплю я и добавляю: – Хорошая попытка, но нет.

Не то чтобы в ее словах не было правды. Просто, как любой хищник, учуявший кровь, я не могу остановиться, пока жертва еще трепыхается.

На следующий день еду на работу пораньше. Я и прежде часто пропадал в офисе, но теперь практически из него не вылезаю. Только здесь мне более-менее дышится.

– Инна Дмитриевна? Вы сегодня рано.

– Да. Хотела кое-что с вами обсудить.

– Что именно?

Иду к кофемашине и под удивленным взглядом своей помощницы делаю кофе нам обоим. Почему-то мысль о том, что Инна в курсе, как меня развели, триггерит, как ничто другое.

Я даже хотел сослать ее вниз, чтобы не видеть… Не думать. И был очень близок к этому. Но все мои планы разрушила одна интересная запись. Запись ее разговора с сестрой, который состоялся аккурат перед тем, как Инна пришла ко мне с теми злосчастными фотографиями. И вроде ничего такого в том разговоре не было. Но я-то хорошо умею читать между строк. Она прощалась, не зная, чем наш разговор для нее обернется. Готовая ко всему.

– Мое увольнение.

– Что? – оборачиваюсь.

– Я бы хотела уволиться в связи с выходом на пенсию.

– Нет, – стискиваю зубы. Какую на хрен пенсию? Она себя видела? Да на ней пахать можно!

– Вы не можете меня не отпустить.

– Еще как могу.

– Не можете! Это смешно…

– Что именно? – сощуриваюсь.

– То, как вы себя ведете.

– И как же я себя веду?

Она молчит и смотрит в пол. Теребит цепочку, спадающую на грудь.

– Как собака на сене…

– Ты забываешься!

– Вот и хорошо.