Флеш Рояль

– Так это у вас, в борделе, – равнодушно заметила Динка, ровняя чипы, – мало кому вы там что должны. А как меня зовут, вас тем более не касается, уважаемая. Спасибо за игру, смена крупье, – и она вышла из-за стола.

В баре громко заржали Кадр с Плоским. Лана свела брови к переносице, Домин поднялся и загородил Динке путь.

– Сейчас же вернись за стол, – в его голосе она расслышала угрозу и заставила себя посмотреть ему в глаза.

Словно сотню острых шипов в сердце воткнули, таким отстраненным и замороженным был его взгляд.

– Лучше уйди с дороги, – попросила она его еле слышно и отвела взгляд, не в силах больше видеть это высокомерное лицо. Горло перекрыл комок, и ей пришлось сделать усилие, чтобы продолжить. – Я сейчас тебя пошлю, и тебе придется меня избить. Ты дал слово.

Домин странно дернулся, одарил уничижительным взглядом, но все же отошел.

– Макс, так это она? – у колокольчика прорезались явные истеричные нотки.

– Она, она, – подтвердила Динка на ходу, – но поболтать не выйдет. «Она» здесь больше не работает.

– Что вы понабирали на работу всяких гопниц, Максим? – Лана смерила Динку оценивающим взглядом и недовольно скривилась.

– Все лучше, чем блядей, – с самой приветливой улыбкой ответила ей Динка и направилась к Алексею. Плоский с Кадром ржали, не переставая.

– Леш, вызови мне такси, – она понимала, что до стафф-рума не дойдет.

Слезы уже текли по щекам, и она зажмурилась, в тщетной надежде загнать их ресницами назад.

Алексей помедлил, затем взял ее за руку и втащил в небольшой кабинет рядом с кассой.

– Дура ты, Ареева, какая же ты все-таки дура, – но в голосе явно звучало сочувствие.

Он усадил ее в кресло у стены. Динка сама не понимала, что происходит, такое с ней было впервые. Слезы текли, как тот злополучный ливень, сплошным потоком. У нее вся блузка была мокрой.

Кто-то зашел в кабинет. Алексей встал, зазвенел ключами, и Динка вспомнила, что кассира сегодня нет.

Правильно, его дама сердца выиграла деньги, и Макс хочет обменять чипы. Интересно, он радуется сейчас? Ведь много ума не надо, чтобы понять, что Лану он притащил сюда, чтобы допечь Динку, сделать ей больно. И если это была месть, то Домин отмщен в полной мере. Он может радоваться и праздновать свой триумф.