Рваные валенки мадам Помпадур

Руфину словно прорвало. Полился подробный рассказ об отношениях с Любовью.

Они были знакомы всю жизнь. Эсфирь Мироновна Файфман дружила с Анной Егоровной, матерью Ивана, а та работала бок о бок с Марией Николаевной Казаковой. Анна Егоровна любила гостей и созывала их по любому поводу. Ясное дело, на почетных местах всегда сидели Фирочка и Машенька, которые непременно прихватывали с собой детей. Вне дома Анны Егоровны Руфа и Люба не пересекались, а вот Ваня с Руфиной ходили в одну школу, у них сложились хорошие отношения.

– Хорошо, когда муж и жена знакомы с детства, тогда им не нужен период притирки.

Руфина при этом ощущала себя весьма неловко. Она любила Ваню как брата, не испытывала к нему страсти, считала своим лучшим другом и не собиралась менять фамилию на Доброву.

Ваня был в курсе маминых планов и посмеивался над ними. Молодых людей связывала исключительно крепкая, нежная дружба, они не имели друг от друга секретов, могли часами болтать по телефону. Руфа знала, что у Ивана случались мимолетные романы, а Иван, как в школьные годы, один раз подрался с ухажером Руфины, который посмел поднять на девушку руку.

Когда Руфа поступила в институт, она с огромным удивлением увидела в своей группе Любу.

Если честно, перспектива провести рядом с Казаковой студенческие годы не сильно обрадовала Руфу. В школьную пору Люба была странным, насупленным, молчаливым ребенком, приходя в гости к Добровым, не принимала участия ни в играх, ни в танцах, сидела на диване и на все предложения поиграть отвечала:

– Не хочу.

Анна Егоровна не могла допустить, чтобы во время праздничного вечера кто-то оставался несчастным, поэтому она постоянно теребила Ваню:"

"– Все играют в ручеек, почему Люба одна?

– Ей не хватило пары, – выкручивался сын.

– Так пойди и пригласи ее, – приказывала мать.

– Я уже стою с Руфой, – сопротивлялся Ваня.

– Ничего, Руфина третий час козой скачет, – сердилась мать. – Вон, вся красная, потная. Руфа! Перестань носиться, иди попей чаю.