Рожденная в пламени ночи

Князь Сандровский не вернулся.

Дрожа всем телом, Ева откинулась на подушку. Вот так дела….Что вампир имел в виду, когда сказал, что она вызвала в нем интерес? Подобные заявления не могут привести ни к чему хорошему.

Но в одном он был прав — ей следует отдохнуть.

А там….

А там придет время, и она начнет подтверждать репутацию ведьм.

Глава 3

Ева не знала, что за чудодейственную мазь принес ей прихвостень вампира, но после первого применения синяки начали пропадать едва ли не на глазах.

И боль вместе с ними.

"Её настораживало, что князь Сандровский передвигается бесшумно. Ирония судьбы — когда вампиры хотели обозначить своё приближение, они делали шаги доступными для человеческого слуха, давали возможность другим существам или людям поверить в иллюзию, что они такие же, что не обладают никакими сверхъестественными способностями.

Но Ева-то хорошо знала на что способны вампиры…

Её начинало трясти стоило хотя бы на мгновение окунуться в прошлое, и поэтому она приказала мозгу блокировать воспоминания. Что было, то было. Сейчас у неё были дела поважнее, чем предаваться прошлому.

Естественно, она не собиралась слушать Сандровского, и решила уйти, как только почувствует силу в ногах. Она готова была ползти лишь бы оказаться вдали от вампиров и их мира.

Губы девушки дрогнули в грустной улыбке. Как у неё всё просто выходило! Она спешила покинуть этот дом, не задумываясь о том, куда пойдет! У неё нет ни денег, ни одежды.

Ни адреса, где бы её ждали.

Ева в очередной раз взяла тюбик с мазью и тонким слоем нанесла лекарство на лицо. Даже глаз, который практически не открывался, теперь выглядел, как обычно. Кровоподтеков и синяков на теле не осталось, за это она могла не волноваться. Но вот месячные, как шли, так и продолжали идти… А разгуливать по дому незнакомого вампира, когда у тебя идет кровь — опасно.

Смертельно опасно.

Она точно оказалась в замкнутом круге. Одна сторона её личности говорила, что ей немедленно следовало покинуть дом князя, другая напоминала, что она только-только оклемалась, и ей некуда идти. Она даже не знала, где оказалась. Возможно, её выкинули умирать в другом городе, в другой области!

Ева говорила себе, что самое страшное позади.