Романтическая история мистера Бриджертона

– Я пойду, отдам приказания лакею, и прослежу, чтобы наш экипаж был подан к крыльцу.

– Нет, оставайся здесь, - произнесла Пенелопа, кладя руку на плечо сестры. - Я прослежу за этим.

– Я прослежу за этим, - неожиданно заявил Колин.

Действительно, как можно оставаться джентльменом, когда леди приходиться все делать самой?

И затем, прежде даже, чем он осознал, что он делает, он ускорил отъезд Пенелопы, и она покинула бал, так и не услушав его извинений.

Он подумал, что должен был считать весь вечер по этой причине крайне неудачным, но, по правде сказать, он не мог так сделать.

"В конце концов, он провел неплохой вечер, в котором лучшие пять минут, он просто держал ее за руку.

Глава 12

Как только Колин на следующее утро проснулся, он понял, что до сих пор, так и не принес извинений Пенелопе. Строго говоря, вероятно в этом больше не было необходимости, даже притом, что они едва поговорили вчера на балу у Максфилдов, они пришли к молчаливому перемирию.

Однако Колин не думал, что он будет чувствовать себя нормально до тех пор, пока не скажет слова:

“Прости меня”.

Это было, по его мнению, очень правильная вещь.

Он все- таки джентльмен, в конце концов.

И, кроме того, ему хотелось увидеть ее сегодня утром.

Он сходил в дом Номер Пять на завтрак со своей семьей, но он рассчитывал попасть к себе домой, после встречи с Пенелопой, так что он запрыгнул в свой экипаж для поездки к дому Пенелопы на Маунт-стрит, хотя расстояние до него от дома матери было совсем небольшое, и почувствовал себя ленивым, раз он поехал в экипаже.

Он удовлетворенно улыбнулся и откинулся назад на сиденье, наблюдая чудесный весенний пейзаж в окно экипажа. Сегодня был один из тех прекрасных весенних дней, когда все вокруг цвело и распускалось. Солнце сияло, он чувствовал возбуждение, охватившее его, утром у него был отличный завтрак…

Жизнь просто не может быть лучше, чем сейчас.

И он ехал в экипаже, чтобы увидеть Пенелопу

Колин не хотел анализировать, почему он с таким нетерпением стремиться увидеть ее; это были именно та вещь, о которой неженатому мужчине в возрасте тридцати трех лет вообще не хотелось думать.

Вместо этого, он просто наслаждался чудесным утром: солнцем, воздухом, даже тремя опрятными особняками, мимо которых он проехал на Маунт-стрит, чтобы оказаться перед домом Пенелопа.