Риверстейн

Набежит простой люд выбирать товары, шумно ругаться за каждую медяшку, кричать, спорить, хохотать!

Но пока здесь тихо. Только Эххо гоняет по булыжникам мусор и гадко пахнут загаженные канавы.

Зачем я пришла сюда?

Какой-то звук привлек внимание, и я повернулась, ища его источник. За торговыми рядами крытый холстиной навес, насквозь промокший. Вода собралась в центре и просачивается сквозь ткань тонкой струйкой, стучит по железным прутьям клетки. Я подошла ближе. Озадаченно прочитала кривую надпись на картонке: «Всякие разные магические существа на потеху достопочтимой публики!».

Подошла еще ближе, заглядывая под навес. И почувствовала, как завертелись вокруг рук вихри, маленькие темные смерчи моей боли.

В клетках сидели животные. Маленькая бледная саламандра, уже почти без всполохов огня. При моем приближении она даже не пошевелилась. Грустный маленький емер с железной пластиной на мордочке, не позволяющей кричать. Пара тощих горгулий. Облезлый водяной кот… Их было не менее двух десятков, в железных клетках, зачарованных магией, чтобы животные не выбрались.

Как чумная я подошла к самой большой железной коробке, в которой сидел «Ценнейший экспонат»."

"Дракон. Не слишком крупный. Может, прутья клетки просто не дали ему вырасти. Рваные крылья неудобно сложены и упирались в прутья, зеленая чешуя тусклая и пыльная, морда перемотана железной цепью. Из центра навеса струйка воды текла на его шею, и он чуть дрожал, словно желал отодвинуться, но было некуда.

На меня дракон посмотрел совершенно равнодушно.

Я вспомнила длинные тени, что скользили над верхушками Свободных Гор, драконов, купающихся в лучах заходящего солнца. Снова посмотрела на клетку. Моя душа томилась в такой же – стальной клетке запретов, душа с перебитыми крыльями и цепью на морде… Чтобы не могла взлететь, не могла парить, не могла чувствовать…

Ярость поднялась внутри бурей.

Я сделала шаг назад. И еще один. Медленно развернула ладони…

Навес, торговые ряды и железные прутья клеток просто снесло вихрем, не затронув ни одного животного.

Первой пришла в себя саламандра. По телу ящерки побежал живой огонь, она вспыхнула и бросилась к стене.

Я проводила ее взглядом. Ах да, стена! Ненавистный черный камень.

Каменная кладка осыпалась мокрым песком, и сразу потянуло свежим ветром и рекой. Животные бросились туда, чуть удивленно озираясь и неуверенно оглядываясь.