Рябиновый мед. Августина

Сама Ася и не думала кланяться, и потому был миг, когда они скрестились взглядами, и… В глазах короля она впервые не увидела надменности и превосходства, которые привыкла находить всегда. В них прятался осторожный вопрос. Она укололась об этот вопрос, отступила назад и громко сказала:

— Я совсем не желаю участвовать в этой глупой затее!

И побежала, будто ее могли догнать, вернуть, заставить играть со всеми.

За ней было кинулся Ванечка, Алешкин верный паж, но король сделал знак, и брат вернулся на место.

Алексей протянул руку Эмили.

Ася была уже довольно далеко, когда услышала позади себя:

— Да здравствует королева!

Ася шла по дорожке, усыпанной мелким красным песком. Замок был прямо перед ней. О, это было настоящее чудо!

Он стоял на взгорке, окруженный молодыми акациям. Башни, зубцы стен, ажурная вязь вытянутых вверх окон — все украшало это нездешнее строение. Как, должно быть, волшебно жить в таком доме, гулять по аллеям среди фигурно постриженных кустов, любоваться догорающим закатом из узкого окна западной башни…

Дорожки парка спускались к пруду.

Человек с большими садовыми ножницами стриг и без того ровные кусты.

И вдруг она увидела то, что заставило ее остановиться в странном волнении. По коротко постриженной траве гуляла необычайной красоты птица с веерообразным цветным хвостом.

Птица то горделиво шла, неся свой хохолок, высоко подняв маленькую голову, то останавливалась и поворачивала нос в сторону Аси, будто желала спросить, зачем она тут.

У девочки гулко застучало сердце. Так бывает, когда тебя вдруг охватывает необъяснимое, радостное предчувствие. Оно волнует, манит, целиком захватывает тебя в свою власть.

Задержавшись возле птицы, Ася двинулась дальше. Она ускоряла шаг, словно встреча с птицей была только началом, обещанием чего-то большего.

Солнце, трава, свежая зелень деревьев, блеск воды на пруду, величественные, полные достоинства белые лебеди, скользящие по его поверхности… Все это, подобно вину, ударило в голову, в ноги.

Ася побежала, не в силах сдержать охватившего ее порыва. Она бежала туда, где кончалась территория парка, где долина уходила вниз, к пруду, а затем полого устремлялась наверх, где соединяла свою родную зелень с полотняной голубизной горизонта.