Развод в 50. Катись отсюда!

Я не спешу его расстраивать, что у фразы «все будет хорошо» не подразумевается контекст, что мы будем вместе.

Но об этом я ему не говорю сейчас, потому что нельзя расстраивать воина перед битвой.

Иван, пусть и не на войну отправляется, но очень рискует, вызвав на себя гнев и пристальное внимание опасного человека.

***

После этого я отправилась пожить к Юльке, с ночевкой. Рассказала ей о перипетиях судьбы-злодейки. Подруга только ахала и охала, прижимая ладони к щекам.

— Тот шикарный мэн из клуба «Мокрые kiss’ки» сохнет по тебе со школьной скамьи? Обалдеть! Это было бы романтично, если бы не опасность.

— Понимаю. Поэтому…

— Ванька твой… Тоже дурак, куда лезет! — подруга помолчала. — Нет, блин, вы двое! Вы, оба! Куда лезете, вашу мать?! — разбушевалась. — У вас, что, в полтинник адреналин в заднице полыхает! Устроили… игры в шпионов… А если что-то пойдет не так? Это дело надо передать в руки правосудия, и точка! Не рисковать… Я, конечно, понимаю, что твой муж — кобель и заслуживает наказания, но… не смерти же!

— Я? Что я… Я ничего, он сам… — мямлю я, переживая всем сердцем.

— Господи, — Юля бьет себя по лбу рукой. — Вы даже развестись по-человечески не можете! Как все остальные люди… Побили посуду, потаскали друг друга за волосы, обозвали и разбежались, копя обиды… Все! Так поступают нормальные люди, а вы…

***

Запала подруги хватает на несколько часов. Потом она замолкает, выдохнувшись.

— Ладно, чего на тебя орать? Ты же себе на уме, Наташ.

Я засыпаю лишь под утро.

Ворочаюсь без сна, хватаясь за сердце.

Мало ли что…

Эта фраза не выходит из головы.

Потом, когда всё-таки удается сомкнуть глаза, в начале пятого утра раздается звонок.

— Ты только не переживай, Наталья… — начинает Вольдемар.

И я понимаю, что переживать, ой как стоит… .

Глава 39

Наталья

— Что стряслось?

— Знаешь, я думаю.

"— Вова! Что ты мямлишь, как будто каша во рту! Проглоти слюну и говори четко! — требую я строгим тоном вредной училки.

И это срабатывает. Всегда срабатывало на мальчишках, неважно, сколько им лет. От пятнадцати до семнадцати или немного за пятьдесят.

— Мы его потеряли.

— Каааак?

Из моих легких выбивает воздух.

Вскочив, я оседаю обратно.

— Как он.