Развод в 50. Катись отсюда!

… умер? Я должна знать, — говорю тихо.

— Типун тебе на язык, Наташа! Он не умер. Наверное.

— Что?! Твою мать, Вова.…

— Мы потеряли с ним связь. Вот уже больше часа ничего, и точка стоит на месте. Проверили… Там нет никого. Отслеживающее устройство выбросил. Сам или.… Сорвали. Не знаю, в общем.

Вот же, а!

Кажется, мы полезли в это зря…

Внезапно мне приходит в голову мысль: Иван мог нарочно избавиться от слежки, чтобы самому тихо и без следа избавиться от Полянского, потому что он опасен.

— Ооооо, зачем мы в это полезли! — причитаю я, тихо раскачиваясь на кровати.

— Ну…. Срок бы дали, но такие расследования ведутся долго. Пока он в следственном изоляторе прохлаждался бы, и это время, и время суда засчитали бы в срок. Иногда и условкой отделываются. Наворуются миллиардами, а в итоге — хлоп и общественные работы! Увы, но над судом я не властен. Так что… Риск оправдан.

— Нет! Нет… Никакая справедливость, ничто не оправдывает риск потерять любимого! — возражаю.

— Эх, всё-таки любимого? — интересуется Вольдемар. — А как же развод?

— Развод любви не помеха.

— Это как?!

— Это так.… Когда вместе быть уже нельзя и порознь тоже не очень получается.

— Эх. Ты прям как будто про меня и мою выдру сказала. Вроде много лет назад развелись, а у меня до сих пор всё живо. Так, как будто это было вчера. Блять, аж вернуть эту сучку захотелось и выдрать хорошенько, как она любит.

— Без подробностей, Вова. Ищи моего мужа! Верни мне его или я сама тебя закопаю!

***

Фёдор

— Ты какой-то молчаливый! — хмыкаю, разглядывая связанного мужа Натальи.

В ответ — ни гу-гу.

— Гордый, что ли? А я поболтать люблю… Было бы интересно тебя послушать. Болтал же ты очень много при Наталье. А сейчас, что? Красноречие закончилось?

Мужик немного кренится на одну сторону. Кровь потихоньку стекает в землю из раны на боку.

По левой стороне лица тоже струится кровь. Всё-таки хорошо я его приложил монтировкой по голове.

Такой крутой, а сам по гаражам без охраны ездит.…

Жлоб, что ли? Я бы на его месте, после того, как с кем-то закусился, побеспокоился о безопасности. Всё-таки возраст и реакция уже не та.

Разумеется, к Наталье это не относится. Она — именно то, что надо.

— Всё-таки я хочу тебя услышать, — вынимаю кляп из его рта.

— Ты — труп, — ожидаемо выдает Иван, супруг Натальи. — В курсе?

— Пока из нас двоих ты в незавидном положении.

— Незавидное положение.