Разрушенный дворец

Окружной прокурор стоически продолжает:

– Окружной прокурор просит снять все обвинения.

– На каких основаниях?

Все это изложено в документах перед Делакортом. Но лишь потому, что судья ненавидит свою жизнь, он делает все, чтобы окружающие были в равной степени несчастны.

– На основании новых доказательств, которые указывают на то, что обвинение было предъявлено ошибочно. Мы арестовали еще одного подозреваемого.

– И новыми доказательствами служат показания подруги прежнего обвиняемого и отдельно проживающей супруги нового обвиняемого?

– Да.

Делакорт что-то ворчит.

– И сторона обвинения считает эти показания достоверными?

Он явно не хочет позволить мне соскочить с крючка.

Я бросаю встревоженный взгляд на Гриера, но тот едва заметно качает головой. Ну ладно, раз Гриер спокоен, я тоже не буду зря нервничать.

– Считает. У нас есть аудиозапись, на которой зафиксировано, как мистер О’Халлоран сознается в преступлении. Заявления жертв подтверждаются первичными вещественными доказательствами, найденными на месте преступления, а также заявлениями, выслушанными после инцидента детективом Казинсом, детективом Шмидт и офицером Томасом, где мистер О’Халлоран признается, что ошибочно принял погибшую за свою жену.

– И вы абсолютно уверены, что в этот раз задержали истинного виновника? На последнем заседании по этому делу вы клялись, что лицом, совершившим это насильственное преступление, является мистер Ройал. Более того, было даже назначено слушание с вынесением судебного решения, потому как он собирался признать себя виновным.

Юрист вспыхивает.

– Мы ошиблись в прошлый раз, – несмотря на столь неловкое положение, голос его звучит твердо.

Это очевидно, что судья Делакорт не хочет выносить решение в мою пользу. Он хочет, чтобы я гнил в тюрьме. Но, к несчастью для него, сегодня он будет ложиться спать, ощущая во рту горечь поражения.

Делакорт поднимает свой молоток.

– Ходатайство удовлетворено, – рявкает он.

– Да, еще кое-что. – Окружной прокурор поворачивается к своему помощнику и что-то шепчет ему.

Гриер начинает собирать свои бумаги.

– Мы закончили? – спрашиваю я.

Адвокат кивает.

– Да. Мои поздравления. Теперь ты официально свободен от всего этого.

Впервые с тех пор, как вошел в зал суда, я вздыхаю полной грудью.

– Спасибо.

Я пожимаю руку Гриеру, хотя тот человек, кого я действительно должен благодарить, сидит позади меня.