Белоснежный роман

Вика вас уволила, потому что вы не подходите Платону, я правильно поняла?"

"– Да, – кивнула та, нетерпеливо посматривая через ее плечо в ожидании такси.

– А ему гувернера наняли, так?

– Да.

– А вы с Аллой Валерьевной говорили?

– Она со мной говорила. Она там, – и Захаровна кивнула подбородком вверх. – Это они совместно так порешили. – Слово «совместно» Захаровна выговорила нарочито старательно. – Сказали: все в жизни меняется. – И вдруг улыбнулась сквозь слезы, посмотрев на Настю: – Да не переживай ты так, Настасья Юрьевна.

– Как приладитесь-то? – расстроилась ужасно Настасья – К какой-такой сестре поедете? У вас сестра в Норильске живет, в коммуналке с мужем-алкоголиком, насколько я помню, вы же сами как-то бабушке моей рассказывали. Вы там пристраиваться собрались? – негодовала она страшно.

– Да не серчай ты так, Настасья Юрьевна, чистая ты душа, – принялась успокаивать ее Захаровна. – Что ж поделаешь, жизнь она такая, известная: «Богатому как хочется, а бедному как можется». – И подхватила свои сумки. – Поеду я, вон машина подкатила. Они ждать не любят, счетчик включают. – И Захаровна махнула сумкой в сторону подъехавшего такси.

– Так! – приняла мгновенное решение Анастасия. – Ни на какой вокзал вы не поедете!

– Как же так не поеду? – растерялась женщина.

– Да так! – распаляясь все больше, Настена полезла в сумку за ключами. – И к сестре своей в Норильск, в коммуналку не поедете!

– Да что ж такое? – расстроилась вдруг и окончательно потерялась Захаровна.

– Идемте! – начальственным голосом распорядилась Настена и, перехватив у нее из руки одну из сумок, решительно направилась к машине.

– Вы по вызову? – распахнув дверцу, спросила она у водителя.

– Да, – подтвердил тот. – На Казанский вокзал.

– Очень хорошо, – по-деловому заявила Анастасия.

– Вот ключи, – сунула она связку в руки ошарашенной женщине. – Этот ключ – от верхнего замка. Этот – от нижнего. Этот от домофона. Едете сейчас ко мне домой, занимаете комнату у кухни, мою бывшую детскую. Располагайтесь, распаковывайте вещи, приходите в себя.

– Надолго? – никак не могла взять в толк, что происходит, Захаровна.