Белоснежный роман

У Вики имелась своя теория жизни, однажды давно и подробно изложенная ею Настасье, один из пунктов которой гласил, что от людей, у которых происходит что-то трагическое в жизни, надо держаться подальше, чтобы не пускать в свою жизнь негативные переживания и эмоции.

Как-то так.

Родные люди и друзья тоже входили в число тех, от кого следовало держаться подальше в случае какого-то несчастья.

Насте, собственно, было глубоко безразлично, какие у нее там теории и жизненные установки, и, честно говоря, она не горела желанием общаться с Викой, но отдать подарок ребенку давно надо было, вот и приехала.

У дверей подъезда стояла домработница Вики и няня Платона Зоя Захаровна, которую все привыкли называть только по отчеству. Заметив приближающуюся Настю, та, как-то суетливо отворачиваясь, торопливо вытерла маленьким платочком слезы, скомкала его и сунула в рукав пальто.

– Здравствуйте, Зоя Захаровна, – улыбаясь, помахала ей еще издалека Настя. – Вы что, в химчистку собрались? – указала она на объемистые сумки у ее ног.

– Здравствуй, Настя, – ответила та, отвернулась и посмотрела куда-то поверх Настиной головы. – Нет. Не в химчистку. – Вздохнула тяжко и снова посмотрела на девушку. – Уезжаю я.

– Куда? – слегка удивилась Настасья.

– К сестре, – односложно отвечала Захаровна.

– В гости, отдыхать? – порадовалась Настя за женщину. – Давно пора, а то, виданное ли дело, столько лет без единого отпуска.

– Не в гости, – как-то неожиданно всхлипнула Захаровна и замолчала, поджав губы.

– Господи боже! – воскликнула Настя, оторопев. – Что значит уволили? Это как?

– Да так и уволили, – посмотрела на нее больными глазами Захаровна. – Не по рангу я теперь для Платоши. Проста, разговариваю неправильно, и биография моя с образованием не для порядочного ребенка, – слезливо шмыгнула она носом, но сдержалась, не заплакала. – Ему нынче этого… гувенера наняли, языкам и манерам обучать. А и то, правда, что я мальчонке…

Отвернулась она и, не удержавшись, все же всплакнула.

– Да что за карамель! – недоумевая, возмутилась Настена. – Какой гувернер на хрен, какие манеры?

– Пойду я, Анастасия. – Ловко извлекая платочек из рукава, женщина торопливо вытерла слезы и махнула рукой. – Вон такси приехало. Мне Виктория Павловна машину до вокзала вызвала и оплатила. Расщедрилась.

– Погодите, Зоя Захаровна, – остановила ее Настя. – Вы мне толком объясните, что происходит.