Приручи мою душу

Мне уже реально становилось страшно, до липкого пота на коже… Я не боялась скорости, я боялась вот таких долбанутых лихачей!

А еще песня эта словно подогревала Филиппа.

«Иду под пьяным туманом, пинаю воздух Найками,

Душа летит и пролетает над Ямайкой.

Под пьяным туманом авки твои я лайкаю.

Ты рядом с ним, а на тебе моя майка…»

— Пожалуйста, хватит! — прокричала я, не справляясь с паникой и закрыв глаза руками."

"Мои плечи затряслись и, наверное, только это возымело эффект. Филипп начал сбавлять скорость.

Зачем он это делает?! Эмоции итак зашкаливали от навалившихся проблем, сколько можно меня испытывать?

— Да, не дергайся ты, — снисходительно бросил этот безумец.

Он вдруг снова газанул, словно завелся от собственных слов и, обгоняя машину, выехал на встречку. Впереди был поворот, откуда показался грузовик, и время замедлило ход… Дыхание перестало заходить в легкие, в ушах поднялся шум, а по телу рассыпались иголки.

Это не реально… Не реально…

Он же опытный водитель! Он успеет!

Но я уже всем своим существом понимала, что нет…

«Все наши слова, под покровом ночи.

Нам пророчили любовь, но мы так порочны…»

В сознание врезался резкий визг тормозов и крутой поворот, который прибил меня к двери. Сильная встряска и я услышала, как хрустнули внутри мои кости, а затем… наступила темнота. И только музыка о тумане застряла в ушах..

Никогда не знаешь, когда все закончится. Так внезапно, неожиданно, страшно.

* * *— Снежана… Ты меня слышишь?!

Женский голос как будто издалека, из глубины, он неприятно задевал мои барабанные перепонки, заставляя выныривать в настоящее.

— Так. Она очнулась! — оповестил чей-то строгий мужской баритон.

Господи, как же больно… Каждое ребро будто копьями пронзило, едва я всхлипнула!

Я не могла открыть глаз — от света голова раскалывалась. Я хотела вернуться назад — в темноту… Зачем они меня забрали у нее?!

— Где я?.. — надломленный голос раздался из моих пересохших губ.

— Все хорошо, девочка, ты в реанимации, — успокаивающе сообщила какая-то женщина. — Мы все очень ждали твоего пробуждения.

— Что… произошло?..

Язык еле ворочался и каждая мышца в теле, словно атрофировалась и пропиталась болью. Больше всего ныла рука, вся правая сторона головы и грудная клетка… Она так давила, будто на мне кто-то сидел!

— Ты не помнишь? — мягко спросила та же. — Тебя буквально вытащили с того света, Снежана. Авария страшная.