Принцип неверности

Такое впечатление, что они стояли где-то поблизости и ждали только одного: когда его заберут. Надо отдать им должное — убытки ресторану они покрыли, не торгуясь. Да еще и моральный ущерб возместили охране и официанту. А вот с полицией договориться не получилось. Пэпээсники уперлись основательно. Тут без знакомых не обойтись.

— А у тебя, конечно же, такие знакомые есть? — попробовала съехидничать я.

— Представь себе — есть. Правда, придется им заплатить, но это уже не мои проблемы.

Я припарковала машину напротив городского управления УВД и заглушила двигатель.

Котехов зашел в управление как к себе домой. Меня это не удивило. Насколько я помнила из его бесконечных рассказов, до начала своей журналистской деятельности он работал опером в уголовном розыске.

— Здорово, Семен, — по-свойски обратился он к постовому. — Петрович у себя? Мы с ним договаривались встретиться.

Тот подозрительно покосился на меня и сделал серьезное лицо:

— У себя, только я лишь тебя одного могу пропустить. Сам понимаешь, какая сейчас обстановка! После двадцати ноль-ноль посторонних пропускать не положено.

— Не чуди, — отмахнулся Котехов. — Петрович сам к нам спустится, позвони ему.

Постовой повеселел и принялся набирать номер на служебном телефоне.

— Олег, — тихо, чтобы услышал только он, поинтересовалась я, — а кто такой Петрович?

— А тебе зачем? — прищурился Котехов. — Мой хороший знакомый. Тебе этого мало?

— Просто хочется знать: он нам реально поможет? Или ты напрасно вытащил меня из дома? Если так, ты знаешь, что тебя ждет?

Ответить Котехов не успел, постовой закончил разговор по телефону и, обращаясь к Олегу, спросил:

— Ты, случайно, не по поводу скандала в «Извозчике» пришел?

— А ты откуда знаешь?

— Да у нас тут весь УВД гудит, — усмехнулся постовой.

— В самом деле, — рассеянно ответил Котехов, доставая сигарету, — прикидывается…

Их разговор был прерван появлением подполковника.