Принцип неверности

Теперь я понимаю, что он платил им за эти статьи. В выигрыше были все. Потом Погорельцов пропихнул несколько записей моих песен на радио. Мелькнуло несколько клипов на ТВ. Там ведь не надо петь вживую…

— Погоди, не части. — Мне хотелось до конца понять всю эту кухню. — В чем заключалась суть твоих скандалов? И какая от них выгода тебе, Погорельцову и журналистам?

— Это же просто. Скандалил я обычно в клубах средней руки. Участниками скандалов бывали, как правило, более или менее известные люди. Во всяком случае, их имена на слуху у публики.

— Получается, что Погорельцов оплачивал все твои выходки, но при этом жаловался на твой плохой характер? — уточнила я.

— Ну, да.

— Дальше что?

— Дальше появился Вадик Галушко. Он предложил добавить к скандалам еще и покушения на меня.

— А как Погорельцов объяснял публике эти покушения?

— По-разному, но в основном тем, что некая преступная группировка пытается наехать на нас, требуя выплаты части денег за концерты. Говорили, что меня хотят похитить ради выкупа. В общем, они придумывали самые невероятные сказки, которые журналисты с удовольствием раздували.

— Значит, и здесь, в Тарасове, ты знал, что на тебя будут срежиссированные покушения?

— Не совсем.

— Что ты имеешь в виду?

— Например, историю с петардой в букете. Я же говорю, что всегда знал о том, где, когда и каким будет очередное «покушение». И вдруг — прямо на вокзале такое! По сценарию гастролей ничего этого не должно было случиться.

— А ты что, не спросил у своих «кураторов»?

— Спросил, но они убедили меня, что это — ваша подстава. Говорили, что вы таким образом набиваете себе цену.

— А ты не знал о том, что Погорельцов и Галушко нанимали в других городах местных телохранителей, а потом не платили им за это?

— Про телохранителей — знал, а вот про то, что не платили, — понятия не имел. Меня это просто не интересовало. Деньгами распоряжался Погорельцов.