Бешеный

Вот почему меня не трогали эти две недели, никто не напоминал о происшествии, во всяком случае вслух. И пока я строила догадки, Багиров вышел из машины, обошел ее и открыл дверь с моей стороны, а потом протянул руку, помогая выбраться. И все это так шустро, так резво, учитывая его состояние. Чего, спрашивается, сорвался в универ в таком виде?"

"Стоило мне только вылезти из его пафосной, пижонской машины, Миша захлопнул дверь, и потянул меня в сторону входа в здание. А я только и могла, что быстро передвигать ногами и краснеть, глядя себе под ноги, потому что наше появление не осталось незамеченным, и я каждой клеточкой чувствовала на себя чужие взгляды.

Жгучие, колючие такие. Кто-то присвистнул даже.

— Миш, Миш, не надо, отпусти, смотрят, — я попыталась вырвать свою руку из огромной лапы парня, но от только сильнее сжал ее и остановился резко.

Оглядел собравшихся вокруг зевак, кучкующихся своими небольшими компаниями, а потом резко притянул меня к себе, так неожиданно и внезапно, что я, не удержавшись, впечаталась в его широченную грудь, и он застонал глухо.

Сначала подумала, что больно, наверное, я видела, что там под курткой творилось, а дальше все мысли из головы вылетели, точнее выбили их все основательно, все до одной, жестким таким, подчиняющим поцелуем. Не было сил сопротивляться его напору, я просто вцепилась пальчиками в плотную ткань куртки, позволяя целовать себя вот так на глазах у половины университета, вообще не нежно и не целомудренно. Мишу тоже ничего не смущало, ни то, что мы стоим прямо у входа в университет, ни то, что я вообще не подходящая для него кандидатура и целовать меня на глазах у наших же однокурсников — это удар по репутации. Он не думал об этом, а я думала. Дура? Дура!

— Пойдем, — скомандовал Багиров, когда наконец оторвался от моих губ. Я в этот момент вообще мало чего соображала, и не поддерживай он меня за талию, точно бы не удержалась на ногах, потому что не держали они совсем, подкашивались на каждом шагу, и голова кружилась.

На парах мне тоже не удавалось сосредоточиться, потому что этот несносный засранец, этот чертов соблазнитель ни на шаг от меня не отходил, сидел рядом и практически пожирал взглядом. Я не смотрела на него, старалась не смотреть, очень старалась. Но чувствовала, все чувствовала, а этот гад не стеснялся даже, то лапу свою мне на ногу положит, то носом в шею уткнется и шепчет какие-то глупости непристойные.