Бешеный

И делал он во сне такие вещи…ох…вспоминать стыдно, и шептал чего-то, и трогал бесконечно, гладил везде, а я не в силах сопротивляться позволяла ему, все позволяла, лишь бы не останавливался. А потом повторяла себе, пока в себя приходила под струями ледяной воды, что все это от стресса, что прикосновения его, которые до сих пор кожу обжигали, мне неприятны, противны даже.

И понимала, что себе врала в первую очередь и признаться боялась.

Глава 7

МИША

Я, как оголенный провод, искрил без остановки.

А если меня еще кто думал дергать, так сшибал напряжением всех, попытавшихся коснуться. Ненормальная реакция человека, которому по большому счету на все должно быть фиолетово. Ведь я только-только пришел с армии, где меня по идее должно было чуток отпустить. Сейчас дома стабильно потрахивал одну шалашовку, зависал с друзьями, немного, правда, подзабил на учебу. Но это дело наживное. Главное что? Найти человека, который все решит, а с этим проблем как раз и не было. В остальное время убивался в зале, лишь бы мыслями не утекать в одно известное русло. А если и это не помогало, то звонил Алинке и натягивал ее везде, где бы она в этот момент ни была.

Мне кажется, у нее там скоро все сотрется. Я упорно не понимал, почему кончить мог только, когда она была вжала в стенку. Только так.

Нет, ты знаешь, Багиров. Ты все, блядь, знаешь.

В глубине души я глушил эти догадки и гордо шел дальше.

Главная проблема заключалась в том, что Зайцева меня упорно игнорировала. И отказывалась лабать за меня домашки. Вот я и начал ее изводить. Упорно и тщательно. Но при этом как бы я ее ни цеплял, как бы ни доводил, она сохраняла молчание. Шуточки на всю аудиторию? Пожалуйста! А она зубы сцепила и дальше пошла, ""ноль на массу"" что называется. Плюс ко всему, я заметил, что с Алинкой они больше не контачили, а когда я додумался спросить у последней, где ее «страшилка», она томно ответила, что скоро воссоединится, ведь сессия близко.

Ага, значит, посрались. Меня бесил тот факт, что от осознания этого незначительного и абсолютно неважного для меня события в груди разлилось приятное тепло. Что за нахер вообще? Класть я должен и на Алинку, и на зубрилку. И на весь этот нездоровый интерес к ситуации.

Так продолжалось неделю.