Последний адмирал Заграты

 — Если бы хоть один аэроплан успел сбросить на цеппель бомбу, мы насладились бы незабываемым зрелищем.

— Но никто не успел."

"— Нет.

— И что теперь?

— Теперь «Амуш» оставит самолеты внизу. — Нестор опустил бинокль и с улыбкой продолжил: — Как я уже говорил, барон, технические характеристики современных аэропланов оставляют желать лучшего. Нужны машины, способные быстро набирать высоту и обладающие потолком хотя бы в две-три тысячи метров.

Теоретические изыскания Гуды действовали галаниту на нервы, однако обрывать Нестора он не смел.

— На Галане ведутся необходимые исследования.

— И неплохо было бы оснащать аэропланы хотя бы небольшими пушками, — добавил капитан «Длани справедливости». — Пулеметами цеппель не завалишь.

— Завалишь, если постараться, — не согласился Нестор. — Но стараться придется долго.

— Не забывайте, что нормальные аэропланы появились всего десять лет назад, — пробурчал Нучик. — Всему свое время.

— И нужно развивать радиосвязь, — продолжил Гуда.

— Которые неспособны справиться с плохо вооруженным цеппелем, — хрюкнул Нучик и тоже опустил бинокль. — Как долго продлится бой?

— Как только мы подойдем на пушечный выстрел, события начнут развиваться быстрее, — пообещал Нестор. И обратился к капитану: — Мы в прямой видимости. Как думаете, им понравилась «Длань справедливости»?

— Полагаю, адир, они крайне удивлены.

— Святой Альстер!

— Чтоб меня пришпа сожрала!

— Манявка спорочья…

— Мама!

Последнее восклицание бросил маленький Георг, которого Лилиан за ручку привела на мостик. Сама же девушка ограничилась другим:

— Помпилио! Что это?

— А я все думал, откуда взялись самолеты, — пробормотал адиген, поглаживая правой рукой подбородок. — Всю голову сломал.

— Сдается мне, военно-воздушный флот Герметикона только что устарел, — ошеломленно произнес Базза.

— Пожалуй…

«Длань справедливости» выскользнула из облаков внезапно, явилась лигах в пяти от «Амуша», но даже на таком расстоянии сравнение с пришпой не казалось надуманным.

«Длань справедливости» была огромна.

И грозна.

И огромна.

Две колоссальные сигарообразные оболочки — по шестьсот тысяч кубов каждая, не меньше! — соединялись открытой палубой размером с хорошее поле, с которого взлетали боевые самолеты.