У ночи тысяча глаз

Но для них вся разница на том и закончилась, они вернулись в прежнее состояние, в котором пребывали до катастрофы. Другое дело я — прежней мне уже никогда не бывать.

Уикс как-то по-особенному принял его пальто и шляпу, пальто перекинул через руку, чуть ли не ласково, будто оно было очень хрупкое, очень ценное. Так он выразил свое отношение к возвращению хозяина. Кухарка сказала: «Я приготовила для вас горячие булочки с мелассой, сэр», — а глаза у нее увлажнились чуть больше, чем, казалось бы, оправдывало сообщение.

Но им повезло, всем до одного. Они были счастливчики — для них все кончилось.

Вскоре мы вошли в столовую и сели вместе завтракать.

— Ах, до чего здорово! — воскликнул отец, потирая руки.

Солнечный свет, будто пыльца от жонкилий, покрывал всю скатерть и попадал ему на плечо и на край рукава. Стеклянная посуда так и сверкала, а с ближайшей грани кофейника с ситечком мне улыбалось раздувшееся личико.

Я ждала. Но рано или поздно все обязательно выйдет наружу! Оно засело во мне и должно выйти. Его не мог растопить солнечный свет. Его не могло развеять возвращение отца. Оно было подобно куску льда, образовавшегося вокруг моего сердца. И чтобы убрать его, требовались пешня и щипцы.

— Джин, — заговорил он, — так в чем дело? Что с тобой?

Мы оба несколько замедлили темп поглощения пищи, а потом и вообще перестали есть.

— Послушай, — начала я. — Мне действительно нужно поговорить об этом. Поговорить именно с тобой. Пытаться молчать бесполезно. Оно грызет меня постоянно, каждую минуту, днем и ночью, и должно выйти из меня, это чувство страха. Должно! — Я стукнула кулаком по столу — раз, другой, третий, с каждым разом все слабее.

Он вскочил, обошел стол и встал со мной рядом, прижав к себе мою голову и плечи.

— Но ведь все кончилось, Джин. Все позади. Просто постарайся переключиться, забыть…

— Я хотела рассказать тебе еще в машине. Тут дело не в катастрофе, не в том, что ты был на волосок от смерти.

— Тогда в чем же? Что за трансформация произошла в твоей душе?

— Понимаешь, мне ведь заранее сообщили, что случится с самолетом, прежде чем оно на самом деле случилось.