Поедательницы пирожных

Она испугана, потому что муж больше не хочет ее слушать и готов разрушить их финансовый рай. У нее с собой яд. По дороге она забирает у мужа пакет, говорит, что сама отнесет Марьянову. Затем быстро добавляет в пирожные яд, звонит мужу, который уже ушел в свой кабинет, заявляет, что у нее плохо с сердцем, и просит его спуститься вниз, к Марьянову. Именно поэтому, когда мы рассматривали варианты, кто мог отравить пирожные, она не попала в число подозреваемых. Ведь я видела, как Аркадий ушел с пакетом из приемной, а ты видел, как он тебе его принес.

Нона, которая, проголодавшись, вышла из кладовки и съела корзиночку, и Лена, питавшая к ним особое пристрастие.

Для Ванды произошедшее стало полной неожиданностью. Однако через какое-то время она поняла, что эти убийства ей только на руку. Ведь Марьянова могли осудить пожизненно. И тогда цель все равно достигнута. Понял это и Аркадий Конокрад, поэтому вел себя так нагло, когда Родион пришел к нему в больницу. Сам или под давлением жены, но он раздумал признаваться в хищениях, надеясь, что Марьянов больше не вернется в агентство.

Во-первых, милиция никак не могла разыскать Родиона. Во-вторых, Триллер обнаружил сначала пропажу яда, а потом выяснил, что им были отравлены Нона и Лена. Он сопоставил факты и понял, кто убийца. И тогда Ванда, зная, что ее любовник — человек слабохарактерный, импульсивный, взбалмошный и может легко проговориться или что-то рассказать следователю, решает его убрать.

— Да, — прервал ее Родион. — Мы появились вовремя. Даже милиция это признала.

— Кстати, о милиции, — спросила заинтригованная рассказом Маша. — А как ты объяснил свое поведение? И вообще, все это ваше самодеятельное расследование. Вас не арестовали?

— Как тебе сказать? Во-первых, победителей не судят. А во-вторых… — замялся Марьянов.

— Во-вторых, — пришла ему на помощь Карина, — прежде, чем идти сдаваться правосудию, мы позвонили его тестю, папочке Нателлы и Ноны, очень влиятельному чиновнику господину Сорокину.

— И? — Маша восхищенно посмотрела сначала на Родиона, потом на Карину.

— Поверишь ли — помогло. Административный ресурс в России — великая сила. Родион проходит лишь свидетелем по делу.