«Персефона». Дорога в ад

Но выбирать не приходилось: если командующий что-то решил — спорить с ним бесполезно.

И ладно бы ещё, что Дьюп каким-то манером уломал Хагена выделить обещанные белые шарики. Но Локьё? Он даже говорить не хотел на тему полёта в Изменённые земли. С чего он вдруг передумал?

Дьюп тем временем раскрутил свою железную «трубу» и достал из неё карты и пластиковые листы с полётным заданием. Он не рискнул передавать всё это даже по выделенке.

Одна из карт оказалась старинной, бумажной, заламинированной для прочности.

"Капитан с трепетом развернул её, угадывая знакомые созвездия. Это была система звезды Кога — Солнца. И третья от него планета называлась Земля.

— Ты же там был? — спросил он командующего, поглаживая пальцем круглую голубую Землю. — Что там, на Земле?

— Ничего хорошего, — мотнул головой Дьюп. — Остатки людей, какая-то флора и фауна. Это не планета, а заповедник. Но лучше на него не смотреть.

— Почему?

— Земляне — не люди, Анджей. Выродились. На людей они похожи, конечно. Я не учёный, чтобы сказать, кто они на самом деле.

— А ты знаешь, что сговор с хаттами планировался ещё до того, как мы поставили Северу ультиматум? — спросил капитан.

— Знаю, — кивнул Дьюп. — Но доказательств не было. Зато теперь, благодаря твоей чуйке, они у нас есть.

— Мы ещё про медиков кое-что раскопали, — сказал капитан, немного поколебавшись. — Концепцию я изложил Драгое. Если коротко: у меня есть основания предполагать, что как минимум пять лет назад в медцентрах перестали кодировать военных на ненависть к хаттам. Надо проверить медцентры, вдруг там ещё какие сюрпризы с кодированием?

— Проверим, — кивнул командующий. — Стартуй!

Он поднялся, прощаясь.

— Режим старта? — уточнил капитан.

— Стандартный.

Кэп кивнул и пошёл провожать гостя.

Стандартный режим означал, что восемь часов в запасе есть, и можно будет хотя бы в общих чертах познакомиться с кораблями, с которыми предстоит прыгать к Сцелусу.

Когда командующий улетел, капитан, запрятав в сейф драгоценные карты, списался с обоими хаттскими кораблями. Оба оказались автоматическими — единый мозг и бонус в виде огромного количества частей, на которые он мог при необходимости распадаться.

Здесь с подчинением проблем быть не могло.